Доходы населения

стороны работника  поддерживаются жесткими санкциями  в  виде  «отлучения»  от

источников дохода или потери рабочего места.

 

Широко  распространено   мнение,   что   общество   не   вышло   из   полосы

нестабильности,  не  исключено   резкое   изменение   принципов   финансовой

политики, в экономической  политике имеет место  «чехарда  законов»,  «законы

непоследовательны и  противоречат  друг  другу»,  «существующая  система  не

стимулирует легальную  деятельность».  Отсутствие  доверия  к  власти  и  ее

финансовым  институтам  лишает  потенциальный  средний   класс   возможности

строить   долгосрочные   стратегии   роста   благосостояния   и    переводит

значительную часть  возможных накоплений в сферу  потребления.

 

Также  о  кризисном  характере  адаптации  говорит  и   несбалансированность

взаимосвязей  статусно-ролевых  позиций и социальной   идентичности,   что

«выливается»  в  неустойчивые  формы  социального  поведения.  Невозможность

реализации большинством населения своих социально-экономических  притязаний,

повышения или хотя бы  поддержания  социального  статуса  будет  блокировать

продвижение  по   всем   другим   направлениям   преобразований,   создавать

социальное напряжение, препятствующее нормальному  функционированию  системы

социальных  институтов,  замедляющее  формирование  социальной  структуры  с

прочной фиксацией  социальных ролей и функций.

 

Нельзя обойти  вниманием  и  политическую  самоидентификацию  потенциального

среднего класса, которая  в  принципе  должна  отражать  его  ориентацию  на

стабильность   политической   ситуации.    Политическая    самоидентификация

заключается  прежде  всего  в  делегировании  властных  полномочий  в  форме

электорального  поведения.  Оказавшись  в  сфере  взаимодействия   различных

политических партий и движений, индивид должен сделать  «осознанный выбор»  в

пользу  политической  организации,  в  наибольшей  степени  выражающей   его

интересы. В условиях, когда не «работает»  традиционная  политическая  шкала

западноевропейского  типа,   а   рациональный   прагматизм   не   подкреплен

институционально,   встает   задача    поиска    «работающего»    индикатора

политической  идентификации.  На  наш  взгляд,  прослеживается  определенная

взаимосвязь  между  степенью  адаптированности  населения   и   существующим

спектром политических взглядов  различных  групп  населения.  В  этой  связи

жизнеспособность  каждого  из  вариантов  социально-экономического  развития

страны,   предлагаемых   различными    политическим    силами,    фактически

детерминируется успехом  адаптации населения к новым  условиям  жизни.  Размах

и   темп   социально-экономических   реформ   также   объективно   диктуются

адаптационным потенциалом  населения.

 

Хотя в целом  тенденции адаптации населения  свойственны  кризисные  черты,  в

обществе  имеется   социальный   слой,   характеризующийся   сформированными

специфическими  образцами социального  поведения,  обладающий  устойчивостью,

которую он стремится  закрепить и легитимизировать. Созданы жизненный стиль,

социально-культурное  поле,  элементы  которого   активно   представлены   в

обществе. Однако следует  учитывать  два  существенных  момента:  во-первых,

относительную немногочисленность этого слоя (примерно 7%  всего  населения);

во-вторых,  его  замкнутость,  ориентацию   на   социальное   взаимодействие

преимущественно в  «своей» среде, своеобразную кастовость,  символом  которой

является «демонстративное потребление» (по Т. Веблену).

 

Таким образом, реально  можно говорить о высшем слое,  которому  присущи  все

основные  черты  сформированной  социальной   страты:   нормы   и   санкции,

поддерживающие   ее   устойчивость,   культурные   символы   взаимодействия,

практически  завершившийся  процесс  оформления  групповой  идентичности   и

связанный с последней  образ жизни.

 

Ничего подобного  нельзя сказать о  среднем  слое,  для  которого  характерна

дисгармрния  отношений между типом идентичности  и занимаемой  статусной

позицией.  Можно  выделить  несколько  причин,   по   которым   формирование

масштабного среднего класса  оказалось  заблокированным.  Прежде  всего  это

связано с механизмом приватизации. способствовавшим созданию крупных, но  не

средних и мелких собственников, хотя именно такая  цель  была  поставлена  в

качестве основной «архитекторами» приватизации,

 

Вторая   причина   -   торможение   восходящей    социальной    мобильности.

Потенциальное ядро среднего класса,  которое,  по  нашим  оценкам,  включает

примерно  15-20%   населения,   характеризуется   адаптационными   навыками,

реализацией   достаточно   успешных    стратегий    социально-экономического

поведения. Все это, однако, еще не делает данную часть  общества  «классом  в

себе», поскольку, хотя и имеются важные  предпосылки  формирования  среднего

класса,   практически   отсутствуют,   во-первых,    стереотипы    массового

социокультурного  поведения,  а во-вторых,  устойчивая   самоидентификация,

которая должна быть  обеспечена  идеологической  поддержкой,  выступающей  в

виде  признания  особого  достоинства,  символической  оплаты  за   издержки

адаптационных усилий.

 

Тем более нельзя говорить о «классе для себя», так как сегодня средние  слои

не имеют серьезных  рычагов  влияния  на  макроэкономические  и  политические

процессы.     Нестабильность     политической      ситуации,      отсутствие

последовательности  и  предсказуемости   в   действиях   властей,   значимых

горизонтальных  связей,   реальной   поддержки   авторитетных   общественных

организаций делают  представителей  данного  слоя  уязвимыми  перед  угрозой

потери достигнутых  в ходе адаптации позиций. Сложившаяся  налоговая  система,

стимулирующая сокрытие доходов, также не способствует контролю  над  властью

со стороны налогоплательщиков.

 

Структурное   оформление    среднего    класса    возможно    при    наличии

непротиворечивого  и  взаимодополняющего  комплекса  внутренних  и   внешних

факторов. К числу  внутренних можно отнести развитие  автономной  активности,

четкое очерчивание  круга  социальных  интересов,  групповую  идентификацию,

формирование системы  социокультурных ценностей, норм и санкций,  а к числу

внешних - стабилизацию социально-экономических и политических  институтов  и

способность  общества  к  воспроизводству  этой  стабильности,  под  которой

следует понимать не консервацию существующего порядка, а  предсказуемость  и

открытость действий власти.

 

 

Методы расчёта  дифференциации доходов населения.

 

 

Подходы к сглаживанию  неравенства.

 

Итак,  после  того  как  обозначены  цели  политики   выравнивания   доходов

необходимо указать  способы измерения дифференциации доходов и методы  по  её

сглаживанию.

 

Имеется два подхода  к  проблеме  выравнивания  доходов.  Сторонники  первого

считают, что при  достижении полного равенства  доходов  общество  добивается

максимального  удовлетворения  нужд  потребителей.  Действительно,   степень

удовлетворения  потребностей можно оценить по предельной полезности того  или

иного товара  (в  основе  использования  теории  предельной  полезности  для

исследования  спроса  потребителей  лежит   предположение,   что   поведение

индивидуального покупателя на рынке отдельного товара зависит  от  того,  как

удовлетворяются его  потребности, какую полезность приносит ему тот или  иной

товар). Если взять  двух среднестатистических индивидов A и  B,  то  можно  с

большей долей вероятности  полагать, что их вкусы  и  желания  в  потреблении

тех или иных товаров  и услуг будут совпадать.  Тогда  предельная  полезность

каждой единицы  товаров и услуг, потребляемых A и B, определится их  доходом:

чем выше доход, тем  ниже предельная полезность товаров  и услуг в расчете  на

последний потраченный  рубль.

 

Если полагать все  остальные  факторы,  влияющие  на  предельные  полезности

товаров и услуг, неизменными, то можно считать,  что  условием  максимизации

общей полезности от потребления товаров покупателями A и B явится условие:

 

 

 

где MUa – предельная полезность товаров и услуг для покупателя A, Ya  – его

доход, а MUb и Yb – соответствующие показатели для покупателя  B.  Поскольку

по принятым начальным  условиям, MUa и MUb  зависят только  от  дохода,  то

вышестоящее равенство  удовлетворится лишь в  том  случае,  когда  Ya  =  Yb.

Действительно, пусть  доход А превысит доход В, то есть Ya > Yb.  Но  в этом

случае предельная полезность MUa товаров и услуг в расчете на  последний

рубль  дохода  А  понизится,  а  MUb  увеличится.  Иными словами,  в нашем

равенстве числители  и знаменатели изменятся в  противоположных  направлениях,

усиливая  неравенство.  Добиться  равенства  можно  только  одним  способом:

выровнять доходы  Ya  =  Yb,  при этом  совпадут  и предельные  полезности

потребляемых товаров  и услуг MUa = MUb.

 

Итак, согласно этому  подходу, максимальная полезность потребления  товаров  и

услуг достигается  при выравнивании доходов потребителей.

 

Сторонники второй точки зрения считают, что в основе идеи равенства  доходов

лежит  ложное  допущение,  согласно  которому  существует  постоянный  объем

распределяемого  дохода.  На  самом  деле,   как   они   утверждают,   объем

производимого и  распределяемого  дохода  зависит  от  способа  распределения

дохода. Представим, например, что изначально А получал 1 млн. дол. в год,  а

В  –  5  млн.  дол.  Если   государство   посредством   налоговой   политики

перераспределит доход  и сделает его равным (Ya =  Yb  =  3  млн.  дол),  то,

скорее всего, на следующий год для индивида В  значительно  снизятся  стимулы

получать высокий  доход - зачем это делать,  коль  все  равно  большую  часть

дохода изымет государство. Одновременно у А тоже исчезнут  стимулы  повышать

свой доход –  за него это делает государство посредством  налоговой  политики.

Стремление государства  уравнять доходы с  очень  большой  долей  вероятности

приведет к тому, что на следующий год  доход  А  не  изменится,  а  доход  В

сократится; в  итоге  суммарный  распределяемый  доход  сократится.  Значит,

попытка  выравнивать  доходы  может  привести   к   снижению   эффективности

производства: индивиду В не интересно  работать  высокопродуктивно  и  много

зарабатывать (государство  все равно изымет  значительную  часть  дохода),  а

индивид А вообще может не работать (его доход  1  млн.  дол,  а  государство

доплачивает еще 2 млн. дол.). Это и  является  главной  идеей  второй  точки

зрения:  неравенство  доходов  необходимо,  чтобы  сохранить   стимулы   для

повышения эффективности  производства.

 

Как показывают оценки  некоторых  западных  экономистов,  попытки  увеличить

доходы бедных за счет изъятия  определенных  сумм  у  богатых  оборачиваются

серьезными потерями в  эффективности.  По  подсчетам  А.Оукена.  эти потери

равносильны тому, что  из  каждых  350  долларов,  изъятых  у  богатых,  100

долларов доходят  до бедных, а 250 долларов просто теряются.

 

Все  человеческие  особенности  (сильный  и  слабый,  ловкий  и   неуклюжий,

талантливый и заурядный, трудолюбивый и  лентяй,  образованный  и  невежда),

формирующие неповторимый индивидуальный  облик  каждого,  определяют  разные

возможности людей  в состязании за свое личное счастье  и благополучие.

 

С точки зрения экономистов,  это  неравенство  возможностей  проявляется  на

потребительском рынке  в неравной платежеспособности  покупателей,  в  основе

которой лежит неравенство  их доходов.

 

Все убежденные «уравнители» всегда стремились  уничтожить  двойной  стандарт

современного общества, сделать людей равными не только  как  граждан,  но  и

как покупателей. Так, первый председатель Госплана СССР  Г.М.  Кржижановский

считал:  «Крепя  основы  подлинной  демократии,  мы  одновременно  сокрушаем

старые вкусы, создаем  предпосылки того однотипного спроса, который  уже  сам

по себе облегчает  рациональное массовое производство».[12]  И  спрос  у  нас

действительно стал «однотипным».

 

Очевидно,  что  при  равном  распределении  доходов,   какими   бы   благими

намерениями оно  не оправдывалось, в  обществе  не  будут  производиться  так

называемые предметы «роскоши», так как их некому будет  купить.  Сошлемся  на

высказывание экономиста И. Бентама: «При подведении  всех  частных  богатств

под один уровень  общество должно лишиться всех  тех  предметов  потребления,

которые  иначе  иначе  не  могут   существовать,   как   образуя   ценность,

превышающую установленный  уровень». С другой  стороны,  столь  же  очевидно,

что в обществе с  неравным распределением  доходов  выпускаемая  продукция  и