Концепт «брак» в русской, белорусской и английской лингвокультурах

Пословицы, говорящие о главенствующей роли матери [32, с. 46]:

• без отца — полсироты, а без матери и вся сирота;
• у кого есть матка, у того голова гладка;
• материнская молитва со дня моря вынимает;
• бацька памрэ, то палавіна сіраты, а як маці памрэ, то цэлая сірата;
• матка калі б’е, то вучыць;
• на дачок матка — батрачка, пакуль рукі сашчэпіц;
• якая матка, такое і дзіцятка;
• матка не граматка, за злотку не купіш;
• мама ў дачкі адна, а кажа дачка маме Вы;
• у сына болит пальчик, а у матери сердце;
• the heart of a mother is a deep abyss at the bottom of which you will always find forgiveness. (Honore de Balzac);
• god could not be everywhere, so he created mothers;
• для матери ребенок до ста лет детёнок;
• родная мать, хоть и высоко замахивается, да не больно бьет.

Мать  постоянно заботится о детях и старается обеспечить им  будущее:

• без матки пчелки — пропащие детки;
• при солнышке тепло, при матери добро;
• мать кормит детей, как земля людей;
• без матки-пчёлки — пропащие детки;
• мать кормит детей как земля людей;
• a man's work is from sun to sun, but a mother's work is never done.

Мать – опора и поддержка, первый и мудрый  учитель в жизни:

• жена для совета, теща для привета, а нет милей родной матери;
• mother is the first teacher who taught us first lesson of life;
• that best academy is a mother's knee.

Тема матери и отца приобретает образное воплощение через природные и календарные реалии в белорусской паремиологии: «Вясна — маці, а лета — бацька», «Зямля – маці, а праца – бацька».

Концепция материнства в белорусских пословицах — продукт деятельности патриархального сознания, которая занимала в обществе доминирующие позиции и характеризовалась оскорбительным отношением к женщине (бабе) вообще и конкретно к жене. Аксиома патриархального сознания воплощалась в произведениях, авторитетность которых поддерживалась отношением к пословице как мудрости предков или всего народа.

Женщина-мать, как и девушка, была не застрахована от семейного деспотизма. И хотя умеренные белорусы уверены, что «сварка да дабра не давядзе», «не будзе дабра, калі між сваімі барба», и призвали детей беречь мать, так как «яна не будзе век целяпаці», защита матери от руки отца  — вид социального табу для детей. Согласно народной морали, они должны оставаться в стороне: «Калі бацька з мацераю б’ецца, то дзеці няхай не мяшаюцца». Биологическое материнство и материнство в гендерном смысле имели в глазах общества разные функции и разный вес: первое переводилось в духовный план, второе полностью оставалось в сфере материального. Белорусы видели безусловную ценность «природного» материнства в том, что через мать, которая родила детей, через факт их рождения в определенном месте дети приобщаются к высшей ценности каждого человека — Родине: дзе маці нарадзіла, там і радзіма.

 Социальная функция материнства — вскармливание и воспитание детей. Гендерная роль матери в глазах общества превосходит природно-биологическую, так как социум прежде всего заинтересованы в собственном существовании, течении жизни во времени:

• не тая маці, што радзіла, а тая маці, што ўскарміла;
• не то маці, што нарадзіла, а што расціла.

Социальная деятельность матери, на плечи которой были возложены заботы о сохранении жизни детей, находила соответствующую оценку:

• родную маці нікім не заменіш;
• родная маці б’ючы ранаў не наробіць, а мачаха і гладзячы параніць.

 Материнство понимается как полная самоотверженность, готовность самопожертвования ради своих детей:

• маці і да пекла трапіць;
• матчына малітва з дна мора дастане.

Роль матери предусматривает тесную эмоциональную связь с детьми, создание для их жизни благоприятных условий:

• нідзе няма лепш, як у сваёй маці;
• нет лучшай дружачкі, як родная матка.

Доброта, нежность, отзывчивость, сострадательность, ласковость, мягкость — благотворительные черты женщины, которая воспитывает собственных детей: ніхто столькі жалю не мае, як родная матка.

Ключ к пониманию концепции отцовства в пословицах — прежде всего гендер и только потом белорусский национальный характер, потому что присутствие гендера в социальной жизни, в реальности властных и экономических отношений обусловливает различный статус матери и отца в семье. Отцовство по белорусским, русским пословицам — это власть над семьей, женой и детьми. Не удивительно, что в этом случае женщина-мать не реализует себя как личность, достойная уважения и признательности со стороны взрослых детей, потому что для мужа она в первую очередь «баба» и только потом – мать его детей. Его сознание беззащитно перед гендерными мифами, транслятором которых выступают и пословицы. Один из мифов — претензия женщин на главенство в семье, отсюда естественным кажется отношение к своей «бабе», как и к врагу, с позиции силы. Рассмотрение концепции отцовства и материнства было бы неполным без учета влияния стереотипного поведения отца на сознание детей: і мой бацька такі маўся, і я ў яго ўдаўся.

Пословица показывает неблагодарность детей по отношению к матери: маці датуль дзецям міла, пакуль ножкі мыла/дакуль бруд мыла/пакуль на руках насіла.

Пренебрежительное отношение к женщине приводит к тому, что в роли матери она не понимает собственной ценности, у нее отсутствует чувство самоуважения, иначе почему ее не смущает, когда самопожертвование оборачивается против нее самой:

• аддала дачушку, а сама буду, як гаюшка: ні дзяружкі, ні падушкі;
• сын к мацяры з галавешкаю, матка: сынок, ручкі папячэш.

 Отцовство и материнство определялись и оценивались с разных позиций. Согласно белорусским, русским пословицам, материнству отдавались эмоциональная, психологическая и бытовая сферы, а отцовству — общественная, причем работа отца выгледела в глазах общества и собственных детей важнее, чем домашние занятия матери: хлеба не станець — бацька дастанець. Правда, и самоотверженная мать не отвернется от детей: як не стане, бацька дастане, як не будзе, матка дабудзе. И все-таки — кормят детей матери, а авторитетом пользуется отец: бацькоўскае слова дарэмна не гаворыцца. Мать как образ ласковая, нежная, ее «крыло и в мороз теплое», а отец — суровый: бацька не матуля: не пацалуе і не прытуле. Заметим, что пословицы не интересуются частными качествами людей. Они отражают ту норму (или отклонения от нее), которая существует в общественном сознании. Так, мать безгранично щедрая и преданная детям, а отец более сдержанный и его щедрость дозированна:

• бацькіна дараванне на сняданне, а маткіна на абед;
• бацькава данне — на адно сняданне;
• маці падзярэ пазуху, дзецям хаваючы;
• the father is always a republican toward his son, and his mother's always a democrat (Robert Frost).

Правда, результат ее безграничной заботы иногда очень грустный.

Пословицы отразили гендерно обусловленное постепенное отчуждение детей от матери, на которую они невольно начинают смотреть глазами авторитетного отца. И уже не удивительно, что в пословицах праклинаюцца дети, которые унижают именно отца:

• сохні тая рука, што на бацька падымецца;
• хай таму дзіцятку язык адваліцца, калі на людзях бацьку няславіць.

Пословицы предрекают: хто бацьку шануе, той сабе неба гатуе.

Приятно отметить, что белорусы иногда выходили из-под власти гендера. Заботясь о равномерном отцовстве и материнстве, хотя при этом ставили отца на первое место [33, c. 68]:

• шануй бацьку з маткай: другіх не знайдзеш;
• хто бацьку і маці зневажае, той дабра не знае;
• хто бацька і мацяры не слухае, той бога не баіцца.

Таким образом, мать, в первую очередь, — источник жизни и всего жизненно необходимого для своих детей, источник сил, заботы и внимания.

Концепт «отец» в русском и белорусском имеет оттенок государственности и власти, что не выражено не в такой же мере в английском слове «father»  и это подчеркивает большее почтение к статусу отца.

Концепты «отец» и «мать» наделены четкими особенностями: авторитет

родителей, родители как источник заботы, родители как объект любви и уважения.

2.3.2 Репрезентация концептов «сын/дочь» в русском, белорусском и английском языках

 

 

Концепты кровного родства по прямой линии в разных поколениях «сын» и «дочь» имеют схожие концептуальные признаки, однако степень выраженности когнитивных характеристик существенно преобладает для компонента «сын», содержащего идею наследника и продолжения рода.

Сыну в английской семье с малолетства отдается предпочтение перед дочерью, его воспитанию уделяется больше энергии и сил, на него затрачивается больше средств.

В рамках анализа метафоры близкого кровного родства son/daughter, мы опираемся на сравнение английского и русского словосочетаний «маменькин сынок» и «mother’s son». Английское словосочетание, употребляемое обычно в более развернутом виде: «every mother’s son», имеет абсолютную положительную коннотацию в значении «все до единого», «все как один (человек)». В русском же языке определяется отрицательный оттенок — изнеженный, привыкший к чрезмерной заботе, слабый (физически и духовно). В английском языке этому русскому словосочетанию соответствует словосочетание «mother’s boy» (слово boy стилистически нейтрально), что и подтверждает нашу мысль о положительной культурологической коннотации слова son, которая отсутствует в русскоязычной культуре.

Сравнивая выражения, Eve’s daughter и русское дочь Евы, отмечаем, что английское выражение имеет значение «представительница прекрасного пола» и больше никаких коннотативных сем не содержит. В русском языке отражено качество женского характера: дочь Евы – это женщина, страдающая излишним любопытством. Отметим, что значение русского фразеологизма несколько уже, чем у его английского эквивалента.

В пословице говорится, что если в семье есть дочь, то нужно заранее готовить приданое, которое требует больших затрат:

• гадуй дочку, а сам хадзi без сарочкi;
• дочки пакiдаюць матку без сарочiи;
• дочь в колыбельку — приданое в коробейку;
• маеш дачку май i гарэлачку у глячку [33, с. 35].

Забота и волнение о дочери, ее судьбе в замужестве:

• дочачку аддаць — ночачкi не спаць;
• marry your son when you will, your daughters when you can;
• дочка — гарачая слёзка.

Дочери берут пример с матери:

• like mother, like daughter;
• look at the mother, marry the daughter;
• every mother hopes that her daughter will marry a better man than she did, and is convinced that her son will never find a wife as good as his father did;
• what the daughter does, the mother did.

Пословицы предрекают разное будущее для детей [32, с.78]. Дочь, выходя замуж, покидает семью, уже не помощница:

• дочь — чужая добыча;
• дочь отцу, матери не корысть (не кормилица);
• дочь — чужое сокровище.
• сын — домашний гость, а дочь в люди пойдёт;

– сына корми — себе пригодится, дочь корми — людям снадобится;

-  и рябая дочь, да родимая, а и красавица, да чужая;

-  дочерями красуются, сыновьями в почете живут.

В английских пословицах есть этому противопоставление:a son is a son till he takes him a wife, a daughter is a daughter all of her life.

Чрезмерная жалость и забота матерей приводит к эгоизму, злости дочерей:

• a pitiful mother makes a scabby daughter (у жалостливой матери злая дочь);
• a light-heeled mother makes a heavy-heeled daughter.

Если из семьи дочь выходит замуж или сын отделяется, они уже — отрезанный ломоть (человек, отделившийся от семьи, порвавший связь с привычной для него средой; это выражение исконное). Если и вернутся в семью, чужими будут, потому что — отрезанный ломоть к хлебу не приставишь.

Толковые сыновья — поддержка  и гордость родителям. Пословицы, говорящие о хороших и толковых, плохих и  глупых сыновьях:

• сын мой, а ум у него свой;

• глупому сыну и родной отец ума не пришьет;

• добрый сын всему свету завидище;
• блудный сын — ранняя могила отцу.

Издавна в народе ценились и пользовались уважением многодетные семьи, особенно, если в ней было много сыновей, которых ценили как будущих работников, помощников и кормильцев:

• единственный сын — не сын, два сына — пол сына, три сына — сын;
• первый сын – Богу, второй – царю, третий – себе на пропитание.

Есть сыновья, которые берут пример с отца, а некоторые становятся полной противоположностью:

• у отца-скряги сын может оказаться мотом;
• скупые умирают, а дети сундуки открывают;
• отец копит, а сын деньгами сорит;
• отец накопил, а сын раструсил.