супруга сохраняют власть друг
над другом, но один из них
уже не вызывает
желания идти ему навстречу.
Эта интересная типология любви,
отличающаяся простотой и ясностью,
является,
тем не менее, на наш взгляд, абстрактной
и явно неполной. Два
элементарных
фактора, власть и статус, очевидно, недостаточны
для выявления
и разграничения
всех тех, многообразных отношений,
которые покрываются
общим
словом «любовь».
Попытки разобраться в типах
любви известны с давних
пор. Так, для
выражения
различных аспектов и оттенков
любви древние греки, например,
использовали
различные термины.
Словом «эрос» они обозначали
чувства, направляемые на предмет
с целью
полностью
вобрать его в себя. Этот термин выражает
любовь-страсть, ревность
и чувственное
влечение и связан с его пафосом,
аффектной, чувствительной
стороной.
«Эрот» выражает царящую в природе полярность
и непреодолимую тягу
к её
преодолению. Эрот – это и страстная
самоотдача, восторженная любовь,
не оставляющая
в себе места жалости и сочувствию к самому
себе.
Слово «philia» («любовь-дружба»)
обозначает связь индивидов,
обусловленную
социальным или личным выбором.
Эта любовь затрагивает
отношения
близких друг другу людей, она обычно
удовлетворена присутствием
любимого
и развитием естественных чувств.
Эти чувства, появились без
особого
усилия, в процессе личного общения,
их ценность в том, что
они
необходимы
человеку как чему-то целому, а не как
взятому в отдельных его
особенностях.
Основное душевное состояние
здесь – «духовный покой»,
внутренняя
близость, взаимопонимание. Таким
образом, «philia» означает
духовную,
открытую, основанную на внутренней
симпатии любовь, выражает
соединение
подобных принципов (тогда как
эрос – борьба и соединение
противоположных).
Слово «storge» означает любовь,
которая связана с органическими
родовыми
связями, нерушимыми, не поддающимися
отмене (особенно семейные
связи).
Это нежная, уверенная, надёжная
любовь, которая устанавливается
между
родителями и детьми, мужем и женой.
В такой любви человек находит
покой
и доверие, чувство уверенности.
Этот термин выражает чувства
не
отдельной
личности, а чувство родовой
общности, без которого греки
не
представляли
своего существования.
Термин «agape» у греков означал разумную
любовь, возникающую на основе
оценки
какой-либо особенности любимого,
его черт характера и т.п.
эту
любовь
человек может разумно обосновывать, ведь
она основана на убеждениях,
а не
на спонтанных чувствах, привычках.
Этот аспект любви исторически
связан
с адекватной оценкой другой
личности, что лежит
в основе
взаимоуважения;
в ней чем больше понимания, тем меньше
места чувствам. Это
любовь,
укрепляемая деятельность
разума, поэтому она
абстрактна,
безличностна
более чем другие формы любви. Это воля,
направляемая разумом.
В средние века христианство
трактовало любовь как высший
принцип
нравственности,
наиболее широко раскрывающий
человеческую сущность. Под
любовью
понималась некая внутренняя
сила человека, которая никогда
не
иссякает,
а беспрестанно, без усталости распространяется
на все действия
человека,
направляя его к благоденствию.
Христианский мыслитель Аврелий
Августин выделял три формы любви:
1.Любовь
человека к Богу;
2.Любовь
к ближнему;
3.Любовь
Бога к человеку.
Первая форма любви выражается
как стремление человека к
совершенству на
пути
к Богу. Она связана с человеком,
его природой, дающей возможность
думать,
решать. Она начинается как желание любить
Бога, однако, без нужной
ясности
о предмете любви. В результате
исканий человеку надо достичь
правильного
направления любви и, конечно, возвышенной
любви к богу, а не
низменной
любви к сотворённому миру.
По мнению Августина, вся любовь
к людям, вещам в этом мире
истинна
тогда,
когда она во имя Бога, а не во имя человека.
Любовь к ближнему – вторая
форма любви, принятая в христианстве.
Она
возможна
потому, что «ближний» – это подобие
Бога. Она объединяет всех
людей
без исключения в единое целое.
Третья форма – любовь Бога
к созданию. Бог не только любит,
он сам есть
любовь.
И его любовь прорывается наружу как творение
и избавление человека
от грехов;
хотя в таком аспекте она в своей начальной
глубине не постижима,
не доступна
человеку.
Классификации любви, имеющие достаточно
ясное основание, обладают тем
достоинством,
что они поддаются хотя бы
теоретической проверке. Такие
классификации
полезны в психологии,
при исследовании эмоциональных
отношений.
Но их роль в философском
анализе любви не может
быть
существенной.
Любовь очень разнородна, она
включает в себя не только
разные виды и
их подвиды,
но и то, что можно назвать формами любви,
её модусами. Видами
любви
являются, например, любовь к ближнему
и эротическая любовь. Формами
проявления
любви к ближнему служат любовь к
детям, любовь к родителям,
братская
любовь; модусами являются любовь мужчины
и любовь женщины, любовь
северянина
и любовь южанина, любовь средневековая
и любовь современная.
Можно
говорить просто о любви к ближнему; можно
говорить более конкретно о
любви
к детям или, ещё более конкретно, об отцовской
(материнской) любви.
Конкретизация
может идти дальше, в результате чего
выделяются не только
формы
и модусы, но и «модусы модусов».
Познакомимся с некоторыми формами
любви.
Материнская любовь – это
забота и ответственность, необходимые
для
жизни
ребёнка. Это установка, которая внушает
ребёнку любовь к жизни, а не
только
желание оставаться жизнеспособным, которая
даёт ему почувствовать,
что
хорошо быть живым, хорошо быть маленьким
мальчиком или девочкой, хорошо
жить
на этой земле.
Связь матери и ребёнка по
своей природе – это неравенство,
где один
полностью
нуждается в помощи, а другой
её даёт. Из-за бескорыстного
характера
материнская любовь считается
высшим видом любви и наиболее
священным
изо всех эмоциональных связей.
Сущность материнской любви
–
забота
о росте ребёнка – предполагает желание,
чтобы ребёнок отделился от
матери.
В этом основное её отличие от
любви эротической. В эротической
любви
два человека, которые были
разделены становятся едиными.
В
материнской
любви два человека, которые были едины,
становятся отдельными
друг
от друга. Мать должна не
просто терпеть, а именно
хотеть и
поддерживать
отдаление ребёнка. Именно на этой
стадии материнская любовь
превращается
в такую трудную задачу, потому
что требует бескорыстности,
способности
отдавать всё и не желать ничего взамен,
кроме счастья любимого
человека.
Именно на этой стадии многие
матери оказываются неспособными
решить
задачу материнской любви.
Материнская любовь – это любовь
к растущему ребёнку, любовь,
которая
ничего
не желает для себя. Это, возможно, наиболее
трудная форма любви из
всех
достижимых, и наиболее обманчивая из-за
лёгкости, с которой мать может
любить
своего младенца. Но именно потому,
что это трудно, женщина может
стать
действительно любящей матерью.
Женщина, которая не в состоянии
любить,
не может быть нежной матерью, не может
быть любящей матерью, чья
задача
в том, чтобы быть готовой перенести отделение
ребёнка – и даже после
отделения
продолжать его любить.
Братская любовь – это любовь
между равными; материнская любовь
– это
любовь
к беспомощному существу. Как бы они
не отличались друг от друга,
общее
у них то, что они по своей природе всеобщи.
Противоположность этим
обоим
типам любви составляет эротическая
любовь. Она жаждет полного
слияния,
единства с любимым человеком. Она по своей
природе исключительна,
а не
всеобща, к тому же, вероятно, это самая
обманчивая форма любви.
Прежде всего, её часто путают
с переживанием «влюблённости»,
внезапного
крушения
барьеров, существовавших до
этого момента между двумя
чужими
людьми.
И кроме этого за эротическую любовь часто
принимают влечение друг к
другу,
которому способствует обманчивый характер
полового желания.
Половое желание требует слияния,
оно может быть внушено не
только
любовью,
но так же и тревогой и одиночеством,
жаждой покорять и быть
покоренным,
тщеславием, потребностью причинять боль
и даже унижать. Половое
желание
вызывается или легко сливается
с любой другой сильной эмоцией,
одной
из которых является любовь.
Из-за того, что половое желание
в
понимании
большинства людей соединено с идеей любви,
они легко впадают в
заблуждение,
что они любят друг друга, когда их
физически влечёт друг к
другу.
Когда желание полового слияния
вызвано любовью, то
физическая
близость лишена жадности, потребности
покорять или быть
покорённым,
но исполнена нежности. Если
желание физического соединения
вызвано
не любовью, это никогда не ведёт к единству,
которое было бы чем-то
большим,
чем оргиастическое преходящее единение.
В эротической любви есть предпочтительность,
которой нет в братской и
материнской
любви. Она предпочтительна только
в том смысле, что человек
может
соединять себя целиком и прочно с одним
человеком.
Отношения форм любви к её
видам и модусов к формам
не остаётся
постоянным:
разные виды любви могут иметь разные
формы своего проявления, а
разные
формы - разные модусы.
А сейчас сосредоточимся на
видах любви. Их можно соотносить
по-
разному.
Самое простое и достаточно естественное
их упорядочение – это
представление
всего поля любви в виде серии «наплывающих»
друг на друга
«кругов».
Каждый из «кругов» включает
в чем-то близкие виды любви,
а
движение
от ядра к периферии подчиняется определённым
принципам.
Следуя этому принципу, выделяется
девять таких «кругов», ведущих
от
эротической
любви через любовь к ближнему, любовь
к человеку и т.д. к любви
к истине,
к добру и т.п. и далее к любви к власти,
к богатству и т.д.
В первый «круг любви» следует,
судя по всему, включать эротическую
(половую)
любовь и любовь к самому
себе.
Что представляет собой эротическая
любовь, известно каждому
из
собственного
опыта или научной литературы. Лишь
16% мужчин и 10% женщин
сомневаются
в том, знают ли они, что такое любовь, остальные
в этом вполне
уверены.
По общим исследованиям лишь 8%
мальчиков
и 5% девочек не смогли дать определение.
В определённом, очень важном
значении эротическая любовь
делает
человека
полноценным: она сообщает ему
такие полноту, насыщенность
и
остроту
бытия, какие не способно давать ничто
иное.
Следует так же иметь в виду,
что эротическая любовь не
тождественна
сексуальному
влечению, она не является простым придатком
последнего. Любовь
столь
же основной феномен, как и секс.
В норме секс является способом
выражения
любви. Лёгкость секса, отсутствие
препятствий обесценивает
любовь.
Любовь сохраняется и после того, как спадает
сексуальное напряжение
[как
раз это один из её критериев].
Если бы эротическая любовь
была чистым
желанием
физического обладания, её можно было
бы во многих случаях без
труда
удовлетворить, и любящий не
хотел бы быть любимым, что
весьма
существенно
для любви.
Любовь человека к самому себе
является предпосылкой его существования
как
личности и, значит, условием всякой его
любви. Любовь к себе - это та
начальная
школа любви (прежде всего любви
к человеку), в которой без
обладания
элементарной грамотностью
остаются недоступными «высокие
университеты»
любви. Человек, любящий только одного
человека и не любящий
«своего
ближнего», на самом деле желает господствовать
или повиноваться, а
не любить.
Кроме того, когда кто-то любит ближнего,
но не любит самого
себя,
всей жизнью своей доказывает, что
любовь к ближнему не является
подлинной.
Второй «круг любви» - это любовь
к ближнему. Она включает
любовь к
детям,
к родителям, братьям и сестрам,
членам семьи и т.д. Важность
и
фундаментальность
этой любви очень значительны и весомы,
так как эта любовь
является
своего рода «школой человечности» (Ф.Бекон).
Любовь к ближнему -
лучшая
проверка более общей любви к человеку
и лучшая школа такой любви.
В любви к ближнему особенное
место занимает родительская
любовь и
любовь
детей к родителям.
Здесь следует также учесть, что
любовь к ближнему включает
не только
родственные
чувства, но и любовь ко всем тем, кто
вошел в нашу жизнь и