Исторический экскурс развития логопедии

В 1930 г. Мингорздрав организовал новый тип учреждения – детская психоортопедическая площадка. Начато лечение заикающихся дошкольников в условиях детского сада. Руководила работой Н.А. Власова совместно с Т.А. Власовой.

В 1932 г. в доме ребенка открываются специальные слухоречевые ясли для детей с нарушениями слуха и речи. Руководитель Е.Ф. Рау.

В 1931 г. при ЭДИ создаются центральные постоянно действующие курсы для повышения квалификации учителей всех типов учреждений, которые существовали до Великой Отечественной войны. Большую помощь в подготовке дефектологов получали союзные республики.

В 1931 г. выходит первое издание «Логопедия» (Хватцев), которое переработано в 1959 г. на современном уровне, содержит много методических рекомендаций.

Для решения ряда неотложных вопросов дефектологии в апреле 1939 г. была созвана первая Всесоюзная дефектологическая конференция. Основная ее мысль – логопед должен заниматься не столько самой болезнью, сколько преодолением ее последствий для гармоничного развития личности. Подчеркивается важность совместной работы для диагностики и комплексной реабилитации лиц с нарушениями речи. По итогам конференции устанавливалась связь между различными специальными учреждениями.

Логопедическая помощь взрослым осуществлялась в условиях здравоохранения: Центральный институт нейропсихиатрии, психогигиены и психопрофилактики, в поликлинике для лиц с нарушениями слуха и речи (Тяпугин), в Ленинграде в отоларингологическом институте.

Большое значение для медицинской работы имели съезды невропатологов и психиатров, конференции и совещания.

В 1944 г. на Всесоюзном совещании обсуждались вопросы восстановления речи при травматической афазии и заикании у инвалидов Великой Отечественной войны (Лебединский, Флорентская, Ляпидевский, Бейн и др.). Широкую известность получили работы А.Р. Лурия «Травматическая афазия» (1947 г.).

После войны увеличилось количество специальных учреждений. Возникала необходимость в центральной межведомтсвенной комиссии для решения всех вопросов. В 1054 г. она была организована Минздравом СССР. В нее вошли дефектологи из НИИД, председателем выступала Н.А. Власова.

С 1956 г. каждые три года НИИД созывал всесоюзные педагогические (дефектологические) чтения. В их работе принимали участие дефектологи, психиатры, лингвисты и др.

В 1958 г. на совместной конференции НИИ психиатрии и Украинского научно-исследовательского психоневрологического института решались вопросы практической помощи детям с нарушениями речи.

Расширилась сеть дошкольных и школьных учреждений. Создаются сады с 5-дневным пребыванием.

В СССР создана широкая сеть школ для детей с ТНР в 2 отделениях: для детей с ТНР и для детей с тяжелым заиканием. Велась большая работа по обеспечению школ методическими пособиями и учебниками. Во всех детских поликлиниках открываются логопедические кабинеты, особое внимание обращено детям с ДЦП,

IV этап развития логопедии (50 годы – до настоящего времени).

В работах Выготского, Босхис, Левиной расширился предмет логопедии новым педагогическим и теоретическим содержанием. Успешно используется метод системного психологического анализа, направленный на раскрытие психологической природы речевых, познавательных и эмоционально-волевых нарушений у неговорящих детей (алаликов) в процессе преодоления этих нарушений.

Внедряются новые методы по устранению нарушений устной и письменной речи, уточняются типы речевых аномалийдля школьной категории (60 – 70 гг.).

В 1959 г. возникла рабочая клиническая классификация О.В. Правдиной. Уточнена в 1969 г. Ляпидевским и Гриншпуном.

В 1951 г. создана психолого-педагогическая классификация, которая не удовлетворяла требованиям специальной педагогической практики.

Р.Е. Левина усовершенствовала психолого-педагогическую  классификацию.

Разрабатываются положения о системном строении языка. Уточняется симптоматика, патогенез, клиника речевых нарушений.

Следовательно, истоки логопедии как науки о речевых расстройствах имеют на Руси глубокие корни и своеобразный характер, тесно связанные с социально-экономическим и политическим укладом древних славян.

Таким образов, в процессе эволюции логопедия приобретает статус самостоятельной науки, определяются её предмет, цель и задачи.

3. Известные российские и советские логопеды и дефектологи

Флери Виктор Иванович (1800—1856) — российский сурдопедагог.

Воспитатель (с 1817 г.), затем инспектор и директор (с 1837 г.) Петербургского училища глухонемых. Заметим, что Флери начал трудиться на своем поприще 17-летним юношей (ему, безусловно, помогало добротное образование, владение французским, латинским и греческим языками, собственно говоря, первоначально Флери был приглашен в училище по инициативе Ж. Б. Жоффре, на должность учителя французского языка, до 1838 г. он преподавал французский также в гимназии при Санкт-Петербургском университете). Разработал существенные новации в области мимического языка. Автор первых трудов по сурдопедагогике в России (книга «Глухонемые, рассматриваемые в отношении к их состоянию и к способам образования, самым свойственным их природе», 1835 г. и др.), в которых доказывал возможность и эффективность раннего обучения глухих с использованием мимики и различных форм речи (устной, дактильной, письменной); осуществил первую попытку подсчета количества глухих в России. Фактически — один из основателей отечественной сурдопедагогики и дактилологии, автор первого словаря жестов в России. Составил «Правила для нравственности глухонемых» (1847 г.) и «Правила преподавания для искусственного изустного слова для глухонемых». Много лет работал один, без помощников, не находя желающих посвятить себя тяжелому делу преподавателя для глухонемых. Благодаря сочувствию почетного опекуна института, графа Виельгорского, начал — с Высочайшего разрешение — готовить в своем институте преподавателей для обучения глухонемых. В 1837 г. взял из гатчинского института малолетних воспитанников, которые затем росли и воспитывались вместе с призреваемыми, затем поступали во 2-ю санкт-петербургскуюгимназию и в университет. По окончании курса наук они же становились наставниками в институте глухонемых, с которыми занимались под руководством Флери и по его системе. Уже после смерти Виктора Ивановича, в 1859 г., увидела свет его книга «О преподавании изустного слова глухонемым». По настоянию В. И. Флери в устав Петербургского училища глухонемых было внесено положение об организации особого отделения для слабослышащих детей (хотя его практическое открытие произошло уже после смерти ученого).

В. И. Флери доказывал, что глухонемота не лишает человека его умственных способностей и не служит препятствием для нравственного развития и что эти явления вызваны неверным обучением, или его отсутствием. И это при том, что современное ему общество воспринимало глухих и немых, по крайней мере, настороженно — если не прямо враждебно. В. И. Флери убедительно доказал, что глухой способен к развитию.

Виктор Иванович Флери скончался 6 июня 1856 г. от воспаления и паралича легких и был похоронен на Выборгском католическом кладбище в Санкт-Петербурге 9 июня 1856 года — в числе первых похороненных здесь католиков[1]..

Богданов-Березовский, Михаил Валерьянович (1867—1921) — русский отоларинголог и дефектолог.

Биография

Родился в 1867 г. Всю свою жизнь посвящает вопросам изучения, лечения и организации воспитания и обучения людей с нарушениями слуха. Защищает докторскую диссертацию по медицине. Работает приват-доцентом Военно-медицинской академии в Санкт-Петербурге. Работал врачом в Петербургском училище глухонемых. В 1897 году в клинике профессора Н. П. Симоновского М. В. Богданов-Березовский приступает к клинико-педагогическим исследованиям, посвящённым изучению и развитию слухового восприятия у людей с нарушением слуха. С момента создания Попечительства о глухонемых входит в него как член комитета. Редактировал журнал «Вестник Попечительства о глухонемых». М.В. Богданов-Березовский возглавлял специальную кафедру, занимавшуюся проблемами педагогики глухонемых в Петербуржский Психоневрологическом институте. Умирает в 1921 г.

Вклад в развитие отечественной сурдопедагогики М. В. Богданов-Березовский проводил значительные клинико-педагогические исследования.

Основной научный труд

В 1901 году выходит его фундаментальный труд «Положение глухонемых в России: с обзором современного состояния вопроса о восстановлении слуха у глухонемых». Работа касается разных сторон проблемы глухонемоты в России: демография, воспитание, лечение. Много места посвящено исследованию глухонемых детей, проведенного автором. Автор отмечает, что ещё в прошлом веке медицина пренебрежительно относилась к лечению людей с нарушением слуха, и помощь глухонемым со стороны врачей практически не оказывалась. В последнее время, благодаря развитию науки, по мнению автора ситуация изменилась. «К счастью, теперь, благодаря целому ряду работ выдающихся физиологов и врачей, отиатрия поднялась на достаточную высоту, почувствовала под ногами твёрдую научную почву, и с этого времени круг деятельности и компетенции ушных врачей должен значительно расшириться. И самым широким и многообещающим полем их деятельности должны быть глухонемые». В своей работе М. В. Богданов-Березовский касается разнообразных вопросов воспитания и обучения глухонемых, его необходимости, дифференциальной диагностики глухонемоты.

Он резко критикует бытующие в обществе взгляды о бесполезности воспитания и обучения глухонемых. Опровергая мнение о коренных отличиях глухонемого человека от слышащего, он пишет: «Кто же дал нам право ставить такие преграды к духовному развитию глухонемых, духовная и психическая организация которых почти такова же, как и у людей нормальных».

Касаясь вопросов дифференциальной диагностики глухонемых, поступающих в учебные заведения, М. В. Богданов-Березовский отмечает, что часто в училища для глухонемых попадают дети с «психической глухотой», которые слышат речь, но не понимают её из-за поражения центра Wernike в головном мозге. Отметим, что если говорить в современных терминах, речь идёт о детях с сенсорной алалией. М. В. Богданов-Березовский отмечает вред попадания таких детей в училища для глухонемых. «При поступлении в школу глухонемых детей с психической глухотой нам, врачам, следует убеждать родителей учить их дома среди слышащих особыми педагогическими приёмами, выставляя на вид весь вред, который могут принести таким детям их глухонемые товарищи». Проводя дифференциальную диагностику среди людей, страдающих глухотой, автор выделяет целую группу глухонемых, имеющих те или иные нарушения в головном мозге. «У большинства глухонемых мы находим или частичные афазии, или частично выраженную психическую глухоту, или расстройство чувствительности или повышенную рефлекторную деятельность, или какие-либо иные признаки страданий головного мозга». Автор отмечает редкость абсолютной глухоты: «Если бы мы устроили такой нормальный тип школы для глухонемых, в которую принимали бы только действительно глухих, и стали бы ближе наблюдать их, то увидели бы, что даже и среди них, безусловно глухих нет почти вовсе». Учитывая различия в состоянии слуха у разных людей, относимых обычно к одной категории «глухонемые», М. В. Богданов-Березовский предлагает: «…не следует ли учеников с остатками слуха удалять из школ глухонемых или, по крайней мере, составлять из них особые классы?».

М. В. Богданов-Березовский указывает на крайнюю неразработанность важной проблемы развития слухового восприятия у глухонемых людей в России. «Слуховые упражнения у глухонемых в русских училищах применялись далеко не в широких размерах, а результаты их на страницы врачебной печати, к сожалению, не попали». Исследований, направленных на изучение влияния слуховых упражнений на развитие глухонемых, по мнению автора, крайне мало. «Что же касается до слуховых упражнений, то бедность наблюдений в этом отношении в России резко бросается в глаза всякому, занимающемуся этим делом». В связи с тем, что М. В. Богданов-Березовский видел большие возможности в развитии слухового восприятия у глухонемых, он приступил к исследованиям в этой области.

Эксперимент по развитию слухового восприятия

В 1897 году в клинике профессора Н. П. Симоновского М. В. Богданов-Березовский приступает к клинико-педагогическим исследованиям, посвящённым изучению и развитию слухового восприятия у людей с нарушением слуха. Автор на примере глухонемого ребёнка, которого он изучал длительное время и проводил с ним слуховые упражнения, показывает эффективность развития слухового восприятия. На момент обследования глухонемой мальчик 16 лет практически не воспринимал речь на слух. Больной показывал лишь возможность воспринимать музыкальные инструменты (музыкальная скалка, органная трубка, свисток). Исследователь приступил к слуховым упражнениям с мальчиком. «… начаты были мною слуховые упражнения в гласных звуках, сперва с помощью простой гуттаперчевой слуховой трубки. Занятия велись 2 месяца… За это время была проведена через оба уха вся русская азбука и односложные слоги. Летом 1897 г. мальчик выучился писать… мальчик стал слышать все громко произносимые над самым ухом даже и сложные слоги и до 50 простейших слов. Камертонное исследование дало расширение границы слуха приблизительно на ½ октавы вверх для обоих ушей». Помимо слуховых упражнений исследователю пришлось заниматься общим психическим развитием ребёнка, поскольку оно находилось на очень низком уровне, что тормозило и работу по развитию слуха. Приходилось объяснять, что такое пространство и время, добро и зло и пр. Занятия по развитию познавательных способностей ребёнка шли с успехом. Также были видны значительные улучшения состояния слуха.

«В настоящее время мальчик слышит на правое ухо знакомые ему фразы на расстоянии от двух до трёх аршин; по слогам же может повторить и всякое незнакомое ему слово. Левое ухо воспринимает громкую и знакомую речь лишь у самой ушной раковины. Лексикон его доведён до 200 с лишком слов. В отношении слуха на музыкальные тона в данное время мальчик слышит все имеющиеся в наборе Bezold’а камертоны на оба уха». В 1897 г. с разрешения почётного опекуна И. Н. Мердера, попечителя Санкт-Петербургского училища глухонемых, занятия по развитию слухового восприятия, проводимые М. В. Богдановым-Березовским, были перенесены на воспитанников училища. Под его руководством в дальнейшем, занятия проводили специалисты: Языкова и Рауда. Подводя итоги своих исследований глухонемых за несколько лет, М. В. Богданов-Березовский отмечает: «… из наблюдений над слухом глухонемых, которые прошли через мои руки, за последние 3 года, я вынес твёрдое и ясное убеждение в возможности улучшать слуховую способность путём словесных и музыкальных упражнений…».