Вступление России в ВТО (проблемы и перспективы)

    Тем не менее процесс вступления во Всемирную торговую организацию уже завершен, издаются новые регламенты стандартов, позволяющие унифицировать ставки таможенных пошлин и увеличить обьем экспортно-импортных поставок. Остается только наблюдать за очередностью происходящих изменений, позволяющих России быть полноправным членом ВТО и ощущать последствия, к которым наша страна сознательно так долго стремилась.

   2.Прогноз места России в мировой экономике.

    Цивилизованная рыночная экономика, базирующаяся на разнообразии форм собственности и предпринимательской деятельности, на открытой и честной конкуренции и надежной правовой основе, — главное и непременное условие будущего процветания России. Рыночный механизм с конкуренцией — это механизм творчества миллионов, механизм самоорганизации и постоянного совершенствования. Одновременно это и реальный механизм научно-технического прогресса, формирование инновационной модели экономики.

   Неизбежно формирование в России широкого круга грамотных и профессионально подготовленных предпринимателей и менеджеров, способных к крупным инвестициям в экономику страны. По данным Института социологического анализа, 80% активных россиян уже сегодня рассчитывают на себя и свои силы, что вселяет оптимизм. Необходимо, чтобы Россия стала привлекательной и для западных инвесторов, что будет способствовать активизации инновационной деятельности, обновлению основного капитала, модернизации производственного аппарата, вовлечению в производство огромных незагруженных мощностей на обновленной основе.     Важно при этом, чтобы государство всемерно содействовало инвестиционному и инновационному прогрессу не только прямыми государственными инвестициями и затратами на НИОКР, но и экономическими мерами регулирования, включая налоговые льготы, спецсубсидии, амортизационную и промышленную политику.

    Все сказанное дает основание для составления прогноза российской экономики. У экономики свои законы, и политические игры и противостояния не могут их отменить. Конечно, государство способно ускорить или замедлить экономический рост или падение производства, но рост или падение производства в рыночной экономике обычно определяются законами ее циклического развития. Тем не менее общество устало от нерешительности и неопределенности властей в области экономической политики, чему немало способствует замедление и застой в реформах, отсутствие промышленной и структурной политики, проявившие себя после 2003 г..

    В этой ситуации, на наш взгляд, возможны два варианта государственной экономической политики на перспективу до 2020 г.: а) частичный возврат к авторитарным методам прямого государственного воздействия на развитие экономики с использованием рыночных механизмов, экономических рычагов и стимулов на базе уже созданных элементов рыночной инфраструктуры; б) более решительное и властное продолжение ранее начатых рыночных реформ с признанием допущенных ошибок, их исправлением и корректировкой рыночного курса, дальнейшим сотрудничеством с передовыми странами Запада, упором на ценности правового государства и гражданского общества, на инновационную модель развития.

И тот и другой вариант исходит из необходимости отхода от остаточной рыхлости в экономической политике и предусматривает рост российской экономики. Ресурсы для этого в стране есть. Предпочтителен, на наш взгляд, второй вариант.Сегодня в стране широко обсуждается вопрос об удвоении объема ВВП в течение ближайших 10 лет, т.е. о достижении среднегодовых темпов прироста этого макроэкономического показателя на уровне 7,2%. Возможно ли такое? Если вновь вернуться к жестким мобилизационным мерам по искусственному стимулированию экономического роста с помощью «административного ресурса», то возможно. Но этот рост будет показной, без инноваций и неизбежно с затухающими темпами, как уже было. Куда важнее обеспечить ускорение экономического роста за счет расширения и углубления экономических реформ, совершенствования работы рыночных институтов, создать благоприятный деловой (в том числе инвестиционный и инновационный) климат, способствующий развитию частного предпринимательства, обстановки доверия к властным структурам и рыночным институтам. Это требует современной законодательной базы и введения экономического роста в рамки правового государства и гражданского общества, осуществления давно назревшей административной реформы в целях оздоровления всего общества, пресечения деятельности чиновников-бюрократов, вмешивающихся в естественный процесс конкурентной хозяйственной деятельности в корыстных интересах.

В перспективе до 2020 г. в России можно ожидать нормального и качественно улучшающегося роста ВВП, особенно промышленного производства. При этом среднегодовой темп роста ВВП до 2020 г. составит предположительно не менее 6%, промышленного производства — 4%. Опережающие темпы роста промышленности характерны для стран, находящихся на индустриальной стадии развития, отстающие темпы (по сравнению с ростом ВВП) — для стран, переходящих к постиндустриальной экономике. Россия относится к числу последних стран. Помимо роста капвложений со временем должны заработать такие факторы, как ускорение научно-технического прогресса, широкомасштабная предпринимательская инициатива, форсированный экспорт готовых изделий, прежде всего продукции машиностроения.В наши дни новый российский президент располагает уникальной возможностью использовать благоприятную экономическую и политическую конъюнктуру, сложившуюся в 2000—2008 гг., в том числе и благодаря усилиям своего предшественника. Он имеет высокий рейтинг, с ним в обществе связывают надежды на коренное обновление и улучшение жизни населения, на экономическое процветание и ускорение НТП. Уровень социальной и политической конфликтности сейчас в обществе низок, а уровень ожиданий, наоборот, высок.

Впервые после периода 90-х годов у руководителя государства отсутствует организованная и влиятельная оппозиция. «Эпоха Ельцина», отличавшаяся жестким противостоянием исполнительной и законодательной власти, а также системой сдержек и противовесов в средневековом исполнении, похоже, закончилось. Антипрезидентские силы деморализованы и рассеяны, хотя не исключено, что левая оппозиция сохраняет готовность перехода в наступление при совершении серьезных ошибок в политике президента. Главное сегодня — обеспечение качественного и стабильного экономического роста. Прогнозируя темпы экономического роста стран и регионов Запада, чтобы ориентировочно определить место России в будущей мировой экономике, следует обратиться к соответствующим данным за долговременные периоды в прошлом и за недавние 90-е годы.

В США долгосрочные, или «исторические», среднегодовые показатели темпов роста ВВП составляют около 2,7%. Но за 90-е годы экономика США демонстрировала более высокие темпы — 4% в среднем за год и в 2001—2008 гг. — заметное снижение этих темпов. Можно предположить, что на перспективу до 2020 г. среднегодовой прирост ВВП США составит не менее 2,8%. Поскольку темпы роста американской промышленности обычно составляют чуть более 70% темпов роста ВВП, то для промышленности США можно принять на перспективу среднегодовой прирост в размере 2%.

В Германии долгосрочный ретроспективный среднегодовой прирост ВВП был выше, чем в США. Однако начиная с 70-х годов XX в. Германия стала отставать от США по темпам развития своей экономики. Это четко проявилось в 90-е годы, особенно в последние годы этого десятилетия, когда экономика Германии под влиянием ряда внутренних факторов сделалась чуть ли не самой больной среди стран—членов ЕС. На перспективу до 2020 г. можно принять для этой страны среднегодовой темп роста ВВП в размере до 2,6%, промышленного производства — 1,8%.

Во Франции долгосрочный, «исторический», темп роста ВВП был ниже, чем в Германии и США. В последние годы, однако, Франции удалось несколько приблизиться к США по динамике этого показателя. Вместе с тем на перспективу до 2020 г. вряд ли целесообразно исходить для этой страны из среднегодовых темпов роста ВВП и промышленности, превышающих соответственно 2,5 и 1,2%.

Весьма необычно положение с показателями экономического роста в Великобритании. В течение многих десятилетий экономика страны развивалась медленнее экономики других главных капиталистических стран. В Европе даже появился термин «английская болезнь». Однако после либеральных реформ М. Тэтчер страна заметно ускорила свой экономический рост, и в 80-е годы XX в. среднегодовой прирост ВВП Великобритании (2,7%) был выше, чем в США, Германии и Франции. В последние годы XX в. темпы роста экономики Великобритании замедлились и были ниже, чем в США. Но они были выше, чем в Германии, Франции, Италии и Японии. В результате Великобритания в последние годы превзошла Францию и Италию по объему ВВП. На перспективу до 2020 г., очевидно, можно исходить из среднегодовых темпов роста ВВП Великобритании в 2,6%, промышленного производства — 1,3%, т.е. более высоких, чем во Франции.

На основании прогноза по главным западноевропейским странам можно сделать ориентировочные оценки темпов роста ВВП и промышленного производства по всему региону Западной Европы. В видимой перспективе до 2020 г. экономика Западной Европы предположительно будет расти несколько медленнее, чем американская экономика. Экономические позиции Западной Европы после долгого периода их относительного усиления в последние 2—3 десятилетия стали слабеть в сравнении с позициями США.

    Сегодня нет оснований полагать, что эта тенденция изменится до 2020 г. В США более низкая норма налогообложения, ниже, чем в Западной Европе, норма накопления и норма безработицы, больше приток иностранного капитала, ниже ставка рефинансирования, более высокая конкурентоспособность, в частности, благодаря низкому курсу доллара. У США более сильные позиции в области выпуска высокотехнологичной продукции, инновационной активности и инфраструктуры научно-технического прогресса, что в значительной мере определяет экономический рост и лицо экономики любой развитой страны сейчас и в будущем. Традиционно США имеют превосходство перед Западной Европой по широте и риску предпринимательской активности.

По нашим оценкам, среднегодовой прирост ВВП Западной Европы до 2020 г. составит 2,5%, промышленного производства — 1,7%. На базе приведенных допущений и предпосылок, а также имеющихся соотношений ВВП и объемов промышленного производства всех сравниваемых стран можно рассчитать вероятные примерные соотношения сравниваемых стран по этим показателям в 2020 г. Базовые соотношения по ВВП и промышленному производству за 2005 г. взяты, как уже говорилось, из оценок, произведенных по паритетам реальной покупательской способности валют по расчетам ООН и ИМЭМО РАН.

Прогноз соотношения ВВП и промышленного производства в России, США, Германии, Франции, Великобритании и Западной Европе на 2020 г. (в %) Соотношение показателей ВВП Промышленное производство и строительство 2005 г. 2020 г. 2005 г. 2020 г. России и США 3,7 21,7 20,9 27,9 России и Германии 67,5 110,1 77,9 107,3 России и Франции 91,1 150,8 135,5 204,0 России и Великобритании 89,3 145,6 109,0 161,7 России и Западной Европы 13,1 23,3 — — Если сопоставить эти оценки с уровнем, который имелся в России в 1913 г., то можно сделать вывод, что к 2020 г. Россия не достигнет соотношений за 1913 г. по ВВП с США и Францией, но зато достигнет этого соотношения с Германией и превзойдет Великобританию. Отставание от США особенно значительно и таковым сохранится. Соотношения России с главными странами Запада по промышленному производству в 2020 г. будут лучше, чем в 1913 г.

В 2005 г. доля России в мировом ВВП составляла всего лишь 2,6% (в 1913 г. — 6,2%), соотношение ВВП России к ВВП всего западноевропейского региона — около 12% (в 1913 г. — 18%)1. В 2020 г. доля России в мировом ВВП предположительно составит более 3%, а соотношение ВВП России и всей Западной Европы — примерно 23%. Доля России в мировом ВВП в 2020 г. будет как минимум вдвое меньше, чем в 1913 г. Будет также меньше доля страны и в мировом промышленном производстве. По оценке ИМЭМО РАН, доля России в мировом промышленном производстве в 1913 г. была равна 8,9%, в 2000 г. — 4,4%, в 2020 г. она вряд ли намного превысит 5% (что заметно меньше, чем в 1913 г.).

Таким образом, за более чем 100-летний период не следует ожидать повышения доли российской экономики в мировой экономике, улучшения соотношения ее важнейших макроэкономических показателей по сравнению с уровнем США. Такова цена, которую заплатит Россия за сто лет смуты, революций и утопических иллюзий построения «светлого рая» сначала в одной отдельно взятой стране, затем в целом лагере мирового социализма на путях, ведущих в сторону от демократии и рынка, от развития мировой цивилизации. [5 с.365—370.]

    Вместе с тем по объему промышленного производства Россия к 2020 г. поднимется со 2-го места, которое она сейчас занимает в Европе (после Германии) на первое. Но при этом нет никаких надежд сравняться с США по ВВП или объему промышленного производства в течение XXI и, по-видимому, XXII вв. По уровню производительности труда в промышленности Россия, однако, может заметно улучшить свои позиции в мире. По нашим оценкам, соотношения по производительности труда в промышленности России и четырех рассматриваемых западных стран к 2020 г. могут возрасти, возможно, примерно вдвое.

Другой аспект прогноза — перспективы включения России в интеграционные процессы, происходящие в Западной Европе, ее участия в едином общеевропейском экономическом пространстве, в образовании так называемой Большой Европы — от Ирландии до Камчатки (с запада на восток) и от Северного Ледовитого океана до Черного и Каспийского морей (с севера на юг).

Представляется, что в России по мере экономического прогресса, укрепления демократии и ценностей цивилизации процесс вхождения страны в единое общеевропейское пространство должен стать естественным и взаимовыгодным.

Россия — неотъемлемая часть Европы, вобравшая корни древнеримской и византийской цивилизаций. Но в то же время Россия и Евразия. Однако ее сырьевой и производственный потенциал, рыночные возможности должны эффективно использоваться в интересах всей Европы. Процесс вхождения России в Большую Европу, точнее, процесс образования Большой Европы, будет сложным и долгим. Потребуется адаптация российского законодательства к западноевропейскому, принятие Россией норм и стандартов, ставших правилом в цивилизованном мире. Но все это разрешимо при наличии политической воли с обеих сторон и твердо проводимой политики в направлении экономической интеграции Востока и Запада. Сложнее обстоит дело со вступлением России в ЕС, куда так устремились страны Восточной Европы и Балтии. Но тем не менее все идет к тому, что лет через 30—40 (а скорее всего, меньше!) она будет готова к вступлению в ЕС. Не исключено, что именно ЕС пригласит Россию стать его полноправным членом либо членом с особым статусом, что, кстати сказать, было бы весьма разумным шагом. Напомним, что Германия была принята в ЕС в целях придания ей гарантированного в мирном и цивилизованном русле предсказуемого развития, а также налаживания надежных партнерских (и тоже предсказуемо развиваемых) отношений, прежде всего с Францией. Следует признать, что благодаря членству в ЕС Германия стала страной крепкой западной демократии и эффективным экономическим фактором в Европе и мире. Аналогичным образом членство в ЕС помогло стабилизировать демократические институты, предотвратить возврат к авторитарным методам правления и обеспечить здоровый экономический прогресс в Португалии, Испании и Греции. Поэтому в интересах Запада направить развитие России в русло общего цивилизационного пространства.