Принудительные меры медицинского характера

В результате освидетельствования  комиссия может прийти к одному из следующих выводов¹⁴:

а) вследствие выздоровления лицо в дальнейшем лечении не нуждается;

б) вследствие изменения психического состояния лица в лучшую сторону имеется необходимость в изменении ранее назначенной принудительной меры;

в) ввиду отсутствия существенных изменений в состоянии здоровья больного необходимо продлить применение назначенной принудительной меры.

Если комиссия приходит к выводу, что благоприятное изменение  характера заболевания или выздоровление лица позволяет прекратить применение принудительной меры, то администрация лечебного учреждения, осуществляющего лечение, направляет соответствующее представление в суд для решения вопроса по существу.

Как следует из закона, суд, прекращая применение принудительного лечения в психиатрическом стационаре, может передать необходимые материалы органам здравоохранения для решения вопроса о продлении лечения или попечения лица, к которому была применена указанная мера.

При заключении врачебно-психиатрической комиссии об изменении психического состояния лица в сторону улучшения суд по представлению учреждения, где проводится принудительное лечение, может принять решение об изменении вида принудительной меры медицинского характера в сторону как смягчения, так и усиления интенсивности наблюдения. Изменяя вид принудительной меры, суд не указывает срок ее применения.

В случае когда комиссия приходит к выводу об отсутствии оснований  для прекращения или изменения  назначенной меры, это мнение мотивированно излагается в заключении, которое администрацией лечебного учреждения направляется в суд, для продления принудительного лечения. Первое продление принудительного лечения может быть осуществлено по истечении шести месяцев со дня начала лечения, затем оно может производиться ежегодно.

Устанавливая указанный  порядок продления, изменения и  прекращения применения принудительных мер медицинского характера, законодатель привел основные положения уголовного законодательства в соответствие с Законом РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании».

В статье 103 УК РФ предусмотрен порядок зачета времени применения принудительных мер медицинского характера  в случае излечения лица, у которого психическое расстройство наступило после совершения преступления. Если сроки давности не истекли и не имеется иных оснований для освобождения от уголовной ответственности и наказания, то при его назначении или возобновлении его исполнения время, в течение которого к лицу применялось принудительное лечение в психиатрическом стационаре, засчитывается в срок наказания. При этом один день пребывания в психиатрическом стационаре засчитывается за один день лишения свободы. Законодатель не дает в данной норме никаких указаний относительно порядка зачета времени применения принудительных мер медицинского характера при осуждении лица к другому наказанию. Систематическое и логическое толкование содержащихся в ст. 72 и ст. 103 УК РФ норм позволяет заключить, что один день пребывания в психиатрическом стационаре следует считать за один день ареста или содержания в дисциплинарной воинской части, два дня ограничения свободы, три дня исправительных работ или ограничения по военной службе, восемь часов обязательных работ. Срок наказания, как известно, в отличие от времени применения принудительных мер медицинского характера строго определяется. Поэтому срок нахождения в психиатрическом стационаре и срок наказания могут, но не должны совпадать. Лицо может излечиться раньше, чем окончится срок, а может и позднее.

В соответствии с ч. 2 ст. 99 УК РФ принудительные меры медицинского характера могут быть применены к лицу, совершившему преступление в состоянии вменяемости, но нуждающемуся в лечении психических расстройств, не исключающих вменяемости. Если такому лицу назначено наказание в виде лишения свободы, то лечение, как следует из ч. 1 ст. 104 УК РФ, проводится по месту отбывания наказания.

Если лицу назначено  иное не связанное с лишением свободы  наказание, то принудительное лечение  осуществляется по месту жительства осужденного в соответствующих медицинских учреждениях органов здравоохранения: психоневрологических и наркологических диспансерах, наркологических отделениях и т.п. В случаях когда психическое состояние осужденного требует стационарного лечения, этот вопрос решается в соответствии с законодательством о здравоохранении.

В соответствии с ч. 3 ст. 104 УК РФ время пребывания в психиатрических стационарах засчитывается в срок отбывания наказания.

Суд может принять  решение о прекращении применения принудительной меры медицинского характера, соединенной с наказанием. Для рассмотрения этого вопроса суду требуется представление органа, исполняющего наказание, на основании заключения врачебно-психиатрической комиссии. Изменение или продление судом этой меры уголовным законодательством не предусмотрено.

2.2. Судебное разбирательство о применении принудительных мер                                                 медицинского характера

Поскольку за изъятиями, предусмотренными гл. 51 УПК¹⁵, производство о применении мер медицинского характера осуществляется по общим правилам уголовного судопроизводства (ч. 3 ст. 433 УПК), следует заключить, что подсудность о применении таких дел определяется по общим правилам ст. 31 УПК, а состав суда - по правилам ст. 30 УПК со следующим исключением: судом с участием присяжных заседателей такие дела не рассматриваются. По смыслу ст. 334 УПК, определяющей полномочия присяжных заседателей, вопрос о вменяемости к их компетенции не относится. А в случае установления обстоятельств, свидетельствующих о невменяемости подсудимого, председательствующий в суде с участием присяжных заседателей обязан вынести постановление о прекращении рассмотрения уголовного дела этим составом суда и о направлении этого дела для рассмотрения в порядке, установленном гл. 51 УПК (ст. 352 УПК).

В стадии назначения судебного  заседания они изучаются единолично судьей данного суда, который действует  по общим правилам, установленным  нормами ст. ст. 227 - 233 УПК, регламентирующих процедуру движения любого уголовного дела в данной стадии. Получив уголовное дело о применении принудительных мер медицинского характера, судья назначает его к рассмотрению в судебном заседании. Если на этой стадии судья сочтет, что по данному уголовному делу предварительное следствие должно было завершиться составлением обвинительного заключения, что дело подлежит рассмотрению в общем порядке, он вправе и обязан назначить предварительное слушание по данному уголовному делу для рассмотрения с участием сторон и разрешения вопроса о возвращении его прокурору (п. 3 ч. 1 ст. 237 УПК).

Рассмотрение уголовных  дел о деяниях невменяемых  производится в общем порядке  в том смысле, что судебное разбирательство  происходит все в тех же условиях непосредственности, гласности, устности и состязательности сторон. Однако смысл позиции сторон и содержание обоснованных ими тезисов, конечно, имеют свою специфику. Прокурор здесь не является обвинителем, поскольку нет обвинения, нет и функции уголовного преследования. Он обосновывает тезис о том, что общественно опасное деяние имело место, что оно совершено данным лицом и что к этому лицу необходимо применение принудительных мер медицинского характера. Защита же может опровергать как само существование деяния, так и причастность к нему подзащитного, а равно обоснованность и необходимость применения названных принудительных мер.

Судебное следствие  начинается с изложения прокурором доводов о необходимости применения к лицу, которое признано невменяемым или у которого наступило психическое расстройство, принудительной меры медицинского характера. Исследование доказательств и прения сторон проводятся в обычном порядке в соответствии со ст. 274 и ст. 292 УПК. В ходе судебного разбирательства по уголовному делу должны быть исследованы и разрешены следующие вопросы¹⁶:

- имело ли место деяние, запрещенное уголовным законом;

- совершило ли деяние  лицо, в отношении которого рассматривается  данное уголовное дело;

- совершено ли деяние  лицом в состоянии невменяемости;

- наступило ли у  данного лица после совершения  преступления психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение;

- представляет ли психическое  расстройство лица опасность  для него или других лиц  либо возможно ли причинение  данным лицом иного существенного вреда;

- подлежит ли применению  принудительная мера медицинского характера и какая именно.

Из сопоставительного  анализа ст. 442 УПК, содержащей перечень вопросов, разрешаемых судом по делам о применении принудительных мер медицинского характера, со ст. 299 УПК явствует, что между содержанием обеих существует значительное различие, в котором особенно рельефно отражаются особенности производства по делам о деянии психически больных лиц. Здесь суд не решает вопроса о виновности или невиновности, а основное внимание уделяется самому деянию, причастности данного лица к его совершению и блоку юридических вопросов, связанных со сложнейшей категорией невменяемости.

В итоге, ответив на все  предыдущие вопросы, суд логически  должен подойти к ответу на главный вопрос: подлежит ли в отношении данного лица применению принудительная мера медицинского характера и какая именно. Ответ на него и означает разрешение дела по существу и осуществление правосудия.

Признав доказанным, что  деяние, запрещенное уголовным законом, совершено данным лицом в состоянии невменяемости или что у этого лица после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение, суд выносит постановление в соответствии со ст. 21 и ст. 81 УК об освобождении этого лица от уголовной ответственности и о применении к нему принудительных мер медицинского характера. Если лицо не представляет опасности по своему психическому состоянию либо им совершено деяние небольшой тяжести, то суд выносит постановление о прекращении уголовного дела и об отказе в применении принудительных мер медицинского характера. Одновременно суд решает вопрос об отмене меры пресечения.

При наличии оснований, предусмотренных ст. ст. 24 - 28 УПК, суд  выносит постановление о прекращении уголовного дела независимо от наличия и характера заболевания лица. Независимо от того, по какому основанию прекращено уголовное дело, все уголовно-процессуальные правоотношения прерываются и дело подлежит сдаче в архив на хранение. Тем не менее, если из материалов дела явствует, что лицо, чьи действия исследовались по уголовному делу, страдает психическим заболеванием, суд обязан перевести данную проблему в иную юридическую плоскость, направив в пятисуточный срок копию своего постановления о прекращении дела в органы здравоохранения для решения этими органами вопроса о лечении данного лица в соответствии с Законом РФ от 2 июля 1992 г. «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании»¹⁷.

Прекращение уголовного дела со ссылкой на п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК (отсутствие события преступления) означает отсутствие самого деяния, по поводу которого было возбуждено уголовное дело, что снимает всякую необходимость исследования психиатрических вопросов. Прекращение уголовного дела со ссылкой на п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК (отсутствие состава преступления) означает, что деяние, совершенное данным лицом, не является преступлением из-за отсутствия в нем каких-либо обязательных признаков объекта, или объективной стороны состава, что исключает всякую необходимость исследовать в рамках уголовного судопроизводства вопросы как психического отношения субъекта к содеянному, так и психическое здоровье этого лица. Прекращение уголовного дела со ссылкой на п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК (непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления) в данном случае означает, что данное лицо не причастно к совершению данного деяния, по поводу которого возбуждено уголовное дело и ведется расследование, в связи с чем исследование его душевной болезни в уголовном процессе также теряет всякий смысл. Прекращение уголовного дела по любому из перечисленных оснований означает реабилитацию данного лица, которое, как и любой реабилитированный, имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с применением мер уголовно-процессуального принуждения, основанных на версии, что им совершено общественно опасное деяние, в том числе и прежде всего в связи с помещением в психиатрический стационар для производства судебной экспертизы.

Уголовное дело о применении принудительных мер медицинского характера подлежит прекращению вследствие истечения сроков уголовного преследования на общих основаниях, хотя об уголовном преследовании по такому делу речь не шла с самого начала. Такое прекращение обязательно во всех случаях, независимо от характера заболевания лица, его совершившего; применение принудительных мер медицинского характера неправомерно¹⁸.

Равным образом уголовное  дело о применении принудительных мер  медицинского характера подлежит обязательному прекращению по любому нереабилитирующему обстоятельству, исключающему дальнейшее судопроизводство (недостижение возраста, с которого наступает уголовная ответственность, смерть совершившего общественно опасное деяние, отсутствие заявления потерпевшего, наличие вступившего в законную силу уголовно-процессуального акта по тому же поводу), как если бы речь шла о преступлении. Вместе с тем очевидно, что ни примирение обвиняемого с потерпевшим, ни его деятельное раскаяние (ст. 25 и ст. 28 УПК) основанием для прекращения уголовного дела о применении принудительных мер медицинского характера служить не могут и по определению, и по своему смыслу, потому что рассчитаны на применение в отношении вменяемого человека, совершившего преступление.

Решение вопроса о  невменяемости относится к компетенции  судов. Поэтому заключение экспертов-психиатров подлежит тщательной оценке в совокупности со всеми материалами дела¹⁹. Таинственные глубины человеческой психики, которые юристу недоступны, породили господствующую в судебной практике тенденцию к безоговорочному признанию выводов экспертов-психиатров по поставленным перед ними вопросам о характере душевного заболевания лица и о его способности отдавать отчет в своих действиях и руководить ими. Однако Верховный Суд РФ неоднократно демонстрировал примеры, когда суд был вправе и обязан поступить вопреки этой тенденции.

О. пытался организовать заказное убийство своего соперника  С. Эксперты-психиатры обнаружили у О. паранойяльное развитие личности. Об этом свидетельствовали данные анамнеза о появлении у него 9 лет назад в условиях психотравмирующей ситуации сверхценных образований, которые трансформировались в стойкий паранойяльный синдром. Это болезненное состояние, по заключению экспертов, лишало О. в инкриминируемый период осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Рекомендовано принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа. Постановлением Приволжского окружного военного суда О. был освобожден от уголовной ответственности с применением принудительных мер медицинского характера.