Философская антропология Эриха Фромма по работе «Бегство от свободы

Фромм учился во Франкфуртском, а затем  в Гейдельбергском университете. Получив в 22 года степень доктора  философии, он продолжает свое образование  и оказывается в берлинском Институте  психоанализа. С 1930 года Фромм сотрудничает во Франкфуртском институте социальных исследований. Здесь Фромм проводит ряд социологических исследований среди немецких рабочих и служащих - и в 1932 году приходит к выводу, что  серьезного сопротивления идущим к  власти нацистам со стороны рабочих  оказано не будет. В 1933 году, после  прихода нацистов к власти, Франкфуртский  институт перебирается в США. В Нью-Йорке  им проводятся исследования по программе  «Авторитет и семья», по результатам  которых в 1941 году выходит первая книга Фромма «Бегство от свободы». В конце 30-х - в 40-е гг. Фромм, все  больше расходясь во взглядах с Г. Маркузе и Т. Адорно, отходит от Франкфуртской школы. Он занимается научной, преподавательской и общественной деятельностью, практикой психоанализа.

С 1949 по 1969 гг. Фромм живет в Мексике. Будучи в Мексике Фромм посвящает  себя исследованию Нового времени, исследованию социальных проектов прошлого и настоящего. В 1960 году Фромм вступает в Социалистическую партию США. В 1968 году случился первый инфаркт. После длительной реабилитации, в 1969 году, он переезжает в Швейцарию, в которой будет жить до своей  смерти. В самом солидном возрасте Эрих сохраняет ясность ума и  живость восприятия, что является явным признаком полноценной  творческой жизни. Но физическое здоровье не позволяет ощущать себя вполне молодым: вскоре после окончания  знаменитой работы «Иметь или быть», в 1977 году, с ним случается второй, а потом и третий (1978 год) инфаркт. В ночь на 18 марта 1980 года, за пять дней до своего 80-летия, Эрих Фромм умер от обширного инфаркта.¹⁷

1.2. Понятие философской антропологии

Эпистемологическое значение терминов «философская антропология»  очевидно. Существительное антропология происходит от греческих слов anyrwpoq (человек) и logoq (мысль, слово) и обозначает рассуждение, или трактат, о человеке. Прилагательное философская указывает на тот способ изучения человека, в котором делается попытка объяснить посредством рационального мышления самую сущность человека¹⁸

Понятие «философская антропология»¹⁹ употребляется в двух основных значениях:

— как философское направление, возникшее в Западной Европе в 20-ые годы XX века;

— как самостоятельная  область современного философского знания о человеке, наряду с традиционными: учением о бытии (онтологией), теорией  познания (гносеологией) и другими.

В наше время к этим значениям  добавляют ещё некоторые. В частности, понятие «философская антропология»  расширяют до «философии человека»  вообще, то есть до любых философских  представлений о нём, сложившихся  в истории мысли. А также, данное понятие осмысливают как особый метод познания.

Философская антропология направлена на постижение такого явления, как человек  и её основной вопрос: «Что такое  человек?». Она вырабатывает особую, философскую «модель» его понимания.

1.3. Эрих Фромм как философский антрополог

В немногочисленных отечественных  публикациях, посвященных американскому  философу Эриху Фромму, неизменно  подчеркивается антропологизм как  определяющая черта его теоретических  размышлений и исканий. Отмечая  разносторонность и разнообразие идей, выдвигаемых Фроммом, многие исследователи  склонны видеть в этом мыслителе  не социолога и не культуролога, а оригинального социального  психолога, который пытается выявить  наиболее сложные и значимые механизмы  человеческой психики. ²⁰

В своей первой работе «Бегство от свободы» (1941) Фромм выделял, что  он анализирует психологические  факторы в качестве энергичных сил  общественного развития. Одни мыслители  считали, что жажда власти есть логический результат столкновения личных интересов, а другие же видели только подсознательный, иррациональный сектор в человеческой психике. Фромм же показал, как подавленные  наклонности человека превращаются в стремления, как они становятся основой его культуры.

«Бегство от свободы» —  это сознательное закрепощение, ликвидация собственной личности. Человеку не хочется брать на себя бремя ответственности - он охотно идет в рабство.

Фромм выступил как реформатор психоанализа. При этом он показал  себя проницательным и глубоким психологом, сумевшим раскрыть истоки человеческих страстей, мотивы человеческого поведения. Тончайшие механизмы психики  он исследовал на фоне многомерного социально-исторического  контекста. В отличие от Фрейда философ  считал человеческую природу обусловленной  главным образом исторически, не преуменьшая при этом роли биологических  факторов. Фромм отказался от установки  Фрейда, будто проблема человека может  быть правильно сформулирована в  терминах противопоставления биологических  и культурных факторов.

Открытия Фромма во многом изменили направленность психоанализа, обеспечили новый виток его развития. Они позволили использовать методику неофрейдизма для анализа социально-исторической динамики. Философу удалось создать  целую галерею социальных типов  и характеров. Он пытался осмыслить  общественные, политические коллизии века.

В наследии Фромма много  оригинальных идей, повлиявших на сознание XX века: о человеке как едва ли не самом эксцентричном создании универсума, об исторической обусловленности страстей и переживаний человека, о социальном характере как отражении сплава биологических и культурных факторов, о неизбежности универсального, всепланетного  гуманизма.

Все проблемы Фромм рассматривал через призму человека. Однако у  него нет ни идеализации, ни обожествления  человека. Он вовсе не отвлекается  от того, что именно человек создал антигуманное общество, растерзал природу, развил в себе некрофильские тенденции.

Учение Фромма — это  попытка сформировать субъективно  богатую и разностороннюю личность.

1.4. «Бегство от  свободы»

Итак, как уже говорилось выше, в понимании автора термин «бегство от свободы» означает сознательное закрепощение собственной личности, самовозведение индивида в ранг раба. Человек отказывается от свободы  ради собственного спокойствия, чувства  принадлежности к определенной системе. Изучение данного феномена является крайне необходимым, поскольку угроза появления нового авторитарного  режима не ослабевает, и важно разобраться  в механизмах, подталкивающих индивида к слепому следованию личности с  авторитарным характером. Что бы ни было побуждающим фактором – тщательно  маскируемые садистские и мазохистские наклонности, желание почувствовать  уверенность в завтрашнем дне  или ощутить экономическую стабильность – факт остается фактом. Человеческая свобода теряется, и из «первичных уз» индивид попадает под влияние  другой силы, не менее пагубно воздействующей на психику личности.

Книга «Бегство от свободы» является трудом, аккумулирующим знания сразу нескольких наук – философии, социологии, психологии и политики, причем через призму симбиоза этих наук открывается совершенно новый, не изученный до этого момента  аспект человеческой жизни. Эриха Фромма в этом смысле можно назвать первооткрывателем, пионером, в «Бегстве от свободы» открывающем  глаза на те вещи, которые, казалось бы, очевидны. Но почему же никто не исследовал данный аспект жизни? Скорее всего, для открытия такого уровня был  необходим свежий взгляд, критически оценивающий предыдущие труды великих  философов. Работа Фромма перекликается с Фрейдом, Гоббсом, Карен Хорни и другими исследователями, но при этом сохраняет свое своеобразие.

В самом начале Э. Фромм  ставит вопрос, являющийся определяющим для всей книги в целом. Является ли свобода психологической проблемой? Если да, то бегство от нее – благо, и оно заложено природой в человеческую сущность? Забегая вперед, необходимо заметить, что данные утверждения  – ложны, и свобода есть и будет  одним из главных достижений человечества.

Эрих Фромм закладывает  в основу своего анализа фундаментальные  открытия Фрейда – роль подсознательных  сил в человеческом характере  и зависимость этих сил от внешних  воздействий, подчеркивая, что его  анализ, кроме того, основан на предположении  о наличии особой связи индивида с внешним миром и динамичности связи между человеком и обществом.

Человеческое существование  и свобода с самого начала неразделимы, причем мыслитель подчеркивает фундаментальные  различия свободы позитивной («свобода делать что-либо») и негативной («свобода не делать чего-либо»).

Процесс развития человеческой свободы имеет диалектический характер – с одной стороны, это развитие человеческого разума, воли, укрепление человеческой солидарности, а с другой – усиление обособленности, изолированности  личности, что приводит к неуверенности  и появлению нервозов.

Период Реформации Э. Фромм  представляет в виде специфического рубежа, перейдя который, человечество должно решить, воссоединиться ли ему  с миром в спонтанности творчества и любви или же найти замену «первичным узам», которые отошли в  прошлое.

Современное общество понимает термин «защита свободы» очень узко – по мнению социума, свободу нужно  оберегать от сил, которые на нее  покушаются. На самом же деле свободу  нужно завоевывать и сохранять  посредством реализации личности,  самоутверждения в социуме и  спонтанных действий, одни которые  могут принести людям истинное счастье. Только так можно достичь высшего  уровня индивидуализации, не попав  при этом в кабалу одиночества.

Рассматривая теории Лютера и Кальвина, мыслитель пришел к  выводу, что они, давая выражение  новому чувству свободы, в то же время  представляли собой бегство от свободы.

Их мышление основано на предположениях, что эгоизм и любовь себе понятия идентичные и исключают  любовь к другому (здесь хотелось бы провести косвенную  параллель  с Аристотелем, который считал, что  идеальное государство основано на равенстве и предполагает всеобщую всепоглощающую любовь всех ко всем, исключая яркое выражение собственных  нужд и прихотей. Данный проект является утопическим). Однако, по мнению Фромма, здесь допущена ошибка, ведь «Любовь  не создается каким-то специфическим  объектом, а является постоянно присутствующим фактором внутри самой личности, который  лишь "приводится в действие" определенным объектом. Как ненависть - это страстное  желание уничтожить, так и любовь - страстное утверждение "объекта"; это не аффект, а внутреннее родство  и активное стремление к счастью, развитию и свободе объекта любви»²¹

Эгоизм – это не любовь к себе – это противоположность. Некий вид жадности, неуверенности  в себе, даже ненависти. Крайний вид  эгоизма – нарциссизм, построен на тех же принципах. Люди таких типов  не в восторге от самих себя, в  глубине души их съедает хорошо замаскированная  ненависть к своей личности.

Философ выступает против их понимания Бога – жестокий, властолюбивый  Бог Кальвина, обрекший на страдания  еще не рожденных, ни в чем не повинных людей, вызывает в основных массах ощущение безнадежности и апатии – и  при этом узкий круг Избранных  априори считался спасенным, что  бы он не совершил. Любопытно, что сам  Кальвин и его сторонники считали  себя избранными. При этом популярность их философии набирала обороты - идеи безнадежности поддерживал средний  класс, так как испытывал приблизительно те же чувства. Тревога и чувство  бессилия превращались во враждебность и завистливость, что является вполне закономерным процессом.

В итоге, развитие капитализма  оказалось "шоковой терапией" для среднего класса. Прибавило беспокойства и появление монополий, доселе не известное ремесленническим общинам.

Но как же капиталистическое  общество способствует развитию чувства  одиночества у индивида? Ответ  довольно прост: раньше человек чувствовал себя причастным к какой-либо системе, ощущал себя частью определенной группы: ремесленники Средневековья объединялись в союзы, поддерживали друг друга. Сейчас же человек стал винтиком в огромной машине капитализма. Работник корпорации порой даже ни разу не видел своего босса в лицо, не знает его как личность. Интересы и желания потребителя уже не учитываются, так как рассматривается масса потребителей, которая покупает определенный товар в условиях рыночной экономики. При пропорциональной системе выборов мы голосуем не за кандидата, личность, а за список обещаний определенной партии - выборы приобрели некую безликость, что тоже не может не сказываться на человеке.

Подводя итоги периода  Реформации, Фромм утверждает, что 

«Протестантство дало толчок духовному освобождению человека. Капитализм продолжил это освобождение в  психологическом, социальном и политическом плане. Экономическая свобода была основой этого развития, а средний  класс - его поборником. Индивид не был больше связан жёсткой социальной системой, основанной на традициях  и почти не оставлявшей возможностей для личного продвижения за пределы  традиционных границ. Ему было дозволено - и от него ожидалось, - что в своих  собственных экономических делах  он достигнет тех высот, до каких  позволят ему подняться его усердие, ум, храбрость, бережливость или удача. Он рисковал проиграть - и оказаться  в числе убитых или раненных в  этой жестокой экономической битве  каждого с каждым, - но мог и  выиграть. При феодальной системе  пределы его жизненному развитию были положены еще до его рождения. При капиталистической системе  индивид - в особенности представитель  среднего класса, - несмотря на массу  ограничений, имел шанс преуспеть за счет собственных достоинств и усилий. Перед ним была цель, к которой  он мог стремиться; и нередко была перспектива эту цель достигнуть. Он учился полагаться на себя, принимать  ответственные решения, отбрасывать  любые предрассудки - и утешающие, и устрашающие»²².

Таким образом, несмотря на все препитерии, эпоха Реформаторства и Новое время дали человеку тот  базис, на котором могла развиться  свобода личности.

Но человек по своей  природе изобретателен - великое  множество механизмов "бегства" от свободы это подтверждает. Эрих Фромм рассматривает садизм и  мазохизм с совершенно иной позиции, нежели Фрейд - не с позиции скрытых  сексуальных влечений, а с позиции  проявления так называемого "авторитарного  характера" - характера, который измеряется категорией власти. При этом садизм является не показателем сильной  личности, а наоборот, прерогативой слабых индивидов, зависящих от своих  жертв. Такая зависимость определяется многими факторами и требует  тщательнейшего изучения. Мазохизм же - постоянная потребность во власти - патология, которая ближе связана с неврозами, нежели с "авторитарным характером" (под термином "невроз" мы понимаем не столько психическое расстройство, сколько неспособность эффективно выполнять свою социальную роль).