Изложение основных идей философии Платона

Платон считает целесообразным существование двух видов судов - для разбора дел между частными лицами, куда может обратиться каждый человек, посчитавший себя оскорбленным другим лицом. Если же, по мнению любого гражданина, нарушены интересы общества, и он высказывает желание «прийти им на помощь», то назначается для этих случаев особый суд.

 

3. Философия политики.

Платону свойственно широкое понимание политики как «искусства, которое правит всеми прочими и печется как о законах, так и вообще обо всех делах государства, правильно сплетая все воедино». Политика у Платона впитывает в себя весь накопленный опыт практики государственного, правового, социально-культурного и нравственно-воспитательного воздействия на людей и межчеловеческие отношения. В политической культуре он склонен усматривать средство, способное противостоять разрушительной стихии массового недовольства, преступности и насилия. Политическая, социальная культура у Платона материализуется в государстве и законе, в разумной организации государственной власти посредством закона. Она реализуется в политической деятельности как «высшее мастерство» правления, политическое искусство, отражающее диалектику государственного воздействия на общество и общества на государство.

Мудрые законы, выражающие идею общего блага и справедливости, должны гарантировать разумность государственной политики, а политика должна «отличаться упорядоченностью», давать людям «жить мирно, занимаясь собственными делами и не вмешиваясь в чужие».

Соотношение «политика - закон» становится особо важным в периоды политической нестабильности, когда в государствах происходит борьба за власть. В этом случае, по Платону, «спасение государства» состоит в том, чтобы политические и государственные деятели стали «служителями закона». Широко известно часто цитируемое положение философа на сей счет: «Я вижу близкую гибель того государства, где закон не имеет силы и находится под чьей-либо властью. Там же, где закон - владыка над правителями, там они его - рабы, я усматриваю спасение государства и все его блага, какие только могут даровать государству боги». В «Политике» он призывает к решительным политическим акциям, к властным действиям. « И пусть они, - настаивает ученый, - очищают государство, казня и изгоняя некоторых, во имя его блага», и до тех пор, «пока это делается на основе знания и справедливости, и государство по мере сил превращается из худшего в лучшее».

Для того чтобы превратиться в политика, «стать» им, необходимо особые, природные «царственные» качества приумножить, развить и отточить посредством всестороннего и глубокого философского образования, практического политического опыта и нравственного, духовного совершенствования. Вероятность соединения всех этих качеств в одном человеке уникальна, если «вообще существует такое искусство и полное знание его, то это крайняя редкость»,- сознается Платон.

Платон начинает свою типологию с первого из возможных вариантов правителя, с пастуха, пасущего стадо. Но он отказывается признать его достойным на том основании, что дальше «скотокормления» такой правитель не уйдет. Далее политик уподобляется врачу. Правитель-лекарь ценен Платону за знание способов врачевания больного. Они полезны для отсечения всего вредного и заразного в общественном организме, для вырезания тех «сот с медом», на которых плодятся и кормятся «трутни с жалом» или «без жала». Пожалуй, в наибольшей степени вниманием Платона завладевает образ государственного деятеля-ткача. Тонкий политик, как и искусный ткач, соединят между собой то, что в обычной жизни кажется несовместимыми. Связь эта диалектическая, которая «целиком и полностью для царского ткачества». Думается, что уподобление политика ткачу понимается Платоном минимум трояко. Во-первых, «царское искусство прямым сплетением соединяет нравы мужественных и благоразумных людей, объединяя их жизнь единомыслием и дружбой и создавая, таким образом, великолепнейшую и пышнейшую из тканей». Во-вторых, сам правитель должен «переплести» в своем характере мужество, рассудительность и многие другие необходимые для дела государственного управления, но часто несовместимые качества. В-третьих, в тех случаях, когда политическое руководство требует многих правителей, искусство шелкопрядения поможет «смешивать их между собой в равных количествах, ведь в высшей степени мягкому, справедливому и спасительному нраву благоразумных правителей недостает резкости, своего рода острой и действенной дерзновенности».

Рассматривая формы политического режима, Платон наибольшее внимание уделяет трем из них - демократии, тирании и олигархии.

Демократия - это власть народа, т.е. тех, кто «трудится своими руками, чужды делячества, да и имущества у них немного». Именно они «всего многочисленнее и при демократическом строе всего влиятельнее, особенно когда соберутся вместе», но, правда, у них нет желания делать это часто, особенно если «им не достается их доля меда». Тем не менее, демократия возможна в том случае, если «бедняки, одержав победу, некоторых из своих противников уничтожат, иных изгонят, а остальных уравняют в гражданских правах и в замещении государственных должностей».

Тиранический политический режим, по Платону, есть явление социальное, ибо он происходит из разных причин, среди которых философ перечисляет и многочисленность последователей, и безрассудство народа, и психологическую предрасположенность. Тиран тот, указывает Платон, «кто сам в себе, то есть в своей душе, носит самого великого и отъявленного тирана». Власть делает тирана завистливым, вероломным, несправедливым, недружелюбным и нечестным. Поддерживая и питая всяческое зло, «он будет чрезвычайно несчастен и таковыми же сделает своих близких». Коварно уничтожив своих врагов, он будет «постоянно вовлекать граждан в какие-то войны, чтобы народ испытывал нужду в предводителе». Олигархия - «преисполненная множеством зол». Она держится «исключительно на военной силе» или же была прежде установлена «путем запугивания». Здесь царит имущественный ценз, у власти стоят богатые, а бедняки не участвуют в правлении. Очевидно, «раз в государстве почитают богатство и богачей, значит, там меньше ценятся добродетель и ее обладатели».

2. Существует ли основной вопрос философии? Какой философский вопрос может быть назван основным?

Философия - дисциплина, изучающая наиболее общие существенные характеристики и фундаментальные принципы реальности (бытия) и познания, бытия человека, отношения человека и мира .

 В какой-то степени можно посчитать, что главный вопрос - вопрос о принципиальной возможности философского познания, и, таким образом, о возможности существования философии вообще. О том, что было бы без философии? И можно ли познать мир?

Но я считаю, что если Философия могла бы ответить на вопрос существования основного вопроса философии, то давно стала бы в ранг точных наук как математика или скажем, как физика где существует относительная точность. Любовь и Мудрость бесконечны, как и наш мир, хотя некоторые ученые его тоже хотят загнать в рамки, определив ей границы. Главного вопроса в Философии нет, потому что мы не знаем что для нас главное . Кто знает какой был вопрос того первого человека который вообще догадался что можно получит ответ тому чего не знаешь от другого соплеменника . Ведь Философия Пастуха и Академика сильно разнятся. Каждый из них считает, что именно его вопрос есть архиважным для существование человечество. Когда вы для себя определите что на ваш взгляд главное в нашей жизни - это и будет главное в вашей Философии. Потому что, согласившись с Философией других, вы будете жить их умом, а не своим. А кто сказал что они правы ? Главное помнить: Центр земли там, где вы стоите, а не там где говорят или указывают другие.

 

3. В чем основное отличие чувственного познания от рационального? К какому виду познания может быть отнесена интуиция?

Чувственное и рациональное познание тесно взаимосвязаны и переплетены, одно не существует без другого.

Формы чувственного познания

 • Ощущение — отражение  отдельных свойств предмета, I явления, процесса, возникающее в результате их непосредственного воздействия на органы чувств.

 • Восприятие —  чувственный образ целостной  картины I предмета, процесса, явления, непосредственно воздействующих на органы чувств.

 • Представление —  чувственно-наглядный, обобщенный образ  предмета, процесса, явления, сохраняемый  и воспроизводимый в сознании  и без непосредственного воздействия  самих предметов познания на  органы чувств.

Формы рационального познания

 • Понятие — мысль, утверждающая общие и существенные I свойства предмета, процесса, явления.

 • Суждение — мысль, утверждающая или отрицающая  что-I либо о предмете, процессе, явлении.

 • Умозаключение (вывод) — мысленная связь нескольких  суждений и выделение из них нового суждения

 

Чувственное познание:

- непосредственность, выражающаяся  в прямом воспроизведении объекта;

- наглядность и предметность  возникающих в результате познания  образов;

- воспроизведение внешних сторон и свойств объектов.

 Рациональное познание:

- опора на результаты  чувственного познания;

- абстрактность и обобщенность  возникающих в результате познания образов;

- воспроизведение объектов  на основе внутренних закономерных  связей и отношений.

Своеобразной формой сопряжения чувственного и рационального в познании выступает интуиция (лат. intuitis — взгляд, вид) — вид познания, в котором проявляется способность непосредственного постижения истины в результате «озарения», «наития», «прозрения» без опоры на логические обоснования и доказательства.

 Основные признаки  интуиции: внезапность; неполная осознанность; непосредственный характер возникновения знаний.

Различают следующие виды интуиции:

 — интеллектуальная  — связана с умственной деятельностью;

 — мистическая —  связана с жизненными переживаниями, эмоциональным миром человека.

4.  В интуиции четко и ясно осознается лишь результат (вывод, истина), а конкретные процессы, ведущие к нему, остаются за пределами сознания, т. е. коренятся в области бессознательного. Знания, полученные при помощи интуиции, в дальнейшем должны пройти через этап доказательства и обоснования, чтобы стать истиной. 
   Кто из представителей немецкой классической теории философии утверждал, что философия есть наукоучение?

Наукоучение «оставляет спокойно всякую другую философию быть тем, чем ей угодно: страстью к мудрости, мудростью, мировой мудростью, жизненной мудростью, и какие еще там бывают мудрости». «С того момента, как наукоучение станет господствующим… с этого момента станет уже просто невозможным всякий выход за пределы разума, всякая мечтательность, всякое суеверие».

Что философия есть наукоучение утверждал Иоганн Готлиб Фихте (1762- 1814).

Созданную им философскую систему Фихте назвал «наукоучением». Науки — это достоверные знания, а для философа вполне естественно задавать вопрос о природе знаний. Развернутый ответ на этот вопрос и дает наукоучение. Сам этот ответ тоже должен быть научным. Таким образом, наукоучение оказывается своего рода «наукой наук», обосновывающей аксиомы частных дисциплин. В самом деле, всякое знание подразумевает достоверность, которая может быть производной или первоначальной. Производная достоверность может быть лишь результатом вывода из неких первоначальных основоположений. Но если бы таких основоположений было много, то человеческое знание было бы лишено единства и одни достоверные истины могли бы противоречить другим. Поскольку этого не наблюдается, наше знание образует систему и должно опираться на некое абсолютно достоверное основание, с одной стороны, фундирующее все частные аксиомы, с другой — являющееся отправной точкой наукоучения.

Закон « Я есть Я»

Фундаментом всякого человеческого знания оказывается принцип «Я есть Я». Иначе говоря, наукоучение может выполнить свою обосновывающую аксиому частных наук, роль лишь на путях исследования природы и законов духа, или Я. Полнота наукоучения обеспечивается тем, что его конец совпадает с его начальным пунктом. Главным предмет истолкования Я, причем как человеческое, так и божественное. Итак, безусловным началом наукоучения оказывается основоположение «Я есть Я», или «Я полагает Я».

Полагание  не – Я

Я противополагает себе не-Я. Это и есть второе основоположение наукоучения. По содержанию оно зависит от первого, но является безусловным по форме, т. е. относительно своей отрицательности.

Понятие «делимости»

По сути, вся метафизика Фихте является попыткой ответа на вопрос о возможности опыта сознания, который оказывается проблематичным из-за наличия в нем противоположностей Я и не-Я. Выход предложен Фихте уже в третьем основоположении, и он состоит в дедуцировании понятия «делимости» или ограничения, которое позволяет объединять Я и не-Я, но не давать им соприкоснуться.

Уровни духовной жизни

Разводя Я и не-Я, Фихте в итоге выводит «независимую» бессознательную деятельность души, «продуктивное воображение», функция которого состоит в том, чтобы порождать противоположности Я и не-Я и в то же время не давать им поглотить друг друга. Обнаружение бессознательных функций субъекта приводит Фихте к выводу о необходимости различения нескольких уровней духовной жизни. Субъект обыденного опыта именуется им «эмпирическим», или конечным Я. Эмпирическому Я предметы его восприятия кажутся чем-то внешним и чуждым, т. е. представляются в качестве не-Я. На более глубоком уровне человеческого духа, о котором может знать только рефлектирующий философ, а именно на уровне Я как «интеллигенции», ситуация кардинально меняется. Интеллигентное Я, имеющее надындивидуальный характер, посредством бессознательного воображения само продуцирует индивидуальные эмпирические Я, а также эмпирическое не-Я, т. е. данный в созерцании мир явлений, противопоставляя их друг другу в едином сознании индивидов. «Практическое» Я характеризуется именно этим стремлением к расширению сферы эмпирического Я за счет приобретения все большей власти над не-Я, или природой. Фихте считает, что преодоление препятствий и победа над трудностями способствуют тому, что из первоначального смутного стремления души постепенно выковывается моральная воля. Идеалом же (в реальности, правда, не осуществимым) указанного расширения сферы Я является окончательное вытеснение не-Я, как бы растворение его в Я. В результате этого должно было бы получиться такое Я, которое не нуждалось бы в не-Я для самосознания, являлось бы бесконечным и не расколотым на сознательную и бессознательную деятельность — его Фихте называет «абсолютным Я». Абсолютное Я, или Бог, есть не более чем идея человеческого разума.