Исторические этапы развития услуг и сервисной деятельности в разных странах мира

  Во всей предыдущей истории человечества общественное устройство всегда основывалось на представлении об ограниченном количестве материальных благ. Человеческая агрессия всегда была связана с борьбой за эти блага. В «обществе изобилия» у населения складывалось представление, что материальные блага имеются почти в неограниченном количестве, поэтому проблемы производства замещаются в таком обществе проблемами потребления. Создавалась массовая иллюзия, что самой возможности производства неограниченного количества предметов и вещей достаточно, чтобы оказать воздействие на творческие интересы интеллектуальной элиты и стимулировать ее представителей продвигать общество по пути дальнейшего прогресса. (Гэлбрейт Дж. Новое индустриальное общество. М., 1969)

В указанный период тенденции, связанные с ростом объема продукции сферы услуг и увеличением числа занятых в ней работников, расцениваются как свидетельство всемогущества массового производства товаров повседневного спроса и безграничных возможностей сервисной деятельности в сфере отдыха и развлечений. Вместе с тем упрощенное понимание основных тенденций и процессов, характерных для «общества изобилия», не способствовало, а, напротив, затрудняло адекватное видение перспектив развития индустриальной культуры. Понадобился новый, во многом проблемный опыт, чтобы более реалистично определить горизонты будущего.

2.2. Сервисная деятельность  в обществе постиндустриального  типа

На рубеже 60—70-х годов в развитых, странах стали проявляться качества нового — постиндустриального — общества. Его динамика определялась в значительной степени уже не индустриально-массовым производством, а наукоемкими, информационно-компьютерными технологиями и возросшей ролью услуг в социальном и культурном сегментах сервиса. Подобные процессы обозначаются в науке как «информационная революция», «сервизация экономики».

Информационная революция  связана с появлением в жизни людей компьютерной техники, автоматизированных систем связи. Значение информации в жизни общества и индивидуума резко возрастает, что ведет к признанию рождения «информационной среды обитания», «электронно-цифрового общества». В этой ситуации знания и информация становятся важными ресурсами, усиливая процесс информатизации. Информатизация начинает интегрировать социальные, технологические, экономические, политические и культурные механизмы общественного развития. Таким образом, создаются перспективы формирования новых культурных и социально-гуманитарных потребностей информационного характера. Отныне все, что связано с рождением и распространением новой информации, образует в экономике развитых стран и мирового хозяйства в целом масштабный сегмент сервисно-информационного производства.

Сервизация экономики  связана с процессом активного инвестирования в инфраструктурные отрасли, т.е. в то, что ранее рассматривалось как находящееся за рамками собственно индустриального производства, — управленческая деятельность, информационно-производственные потоки, наконец, уровень культуры и профессиональные качества самих работников обслуживания.

Конечно, активное инвестирование в  инфраструктуру сервиса обусловливалось  не благотворительными мотивами производственного менеджмента, но ускорением темпов научно-технического прогресса, общим ростом доходов в рамках экономической деятельности, расширением потребностей производителей услуг в кредитных ресурсах и в целом углублением конкуренции. Ориентация на увеличение сервисного сектора стимулировала крупные предприятия формировать собственные внутрифирменные блоки обслуживания (например, информационно-технологические структуры, обслуживающие те или иные подразделения), а также создавать дочерние фирмы или приобретать уже производящие услуги.

В этих условиях средние и мелкие предприятия, не выдерживая высоких  расходов своих обслуживающих подразделений, закрывают их и переходят на покупку продуктов обслуживания со стороны. В этом случае дешевле обходятся разовые правовые, инжиниринговые, консалтинговые услуги, а также обращение к услугам специализированных фирм по обеспечению безопасности, поддержанию связей с общественностью и др. Все эти процессы на крупных, средних и мелких предприятиях свидетельствуют об укреплении связей между производством и капиталом, между сервисными и несервисными отраслями.

Определяя важнейшие характеристики постиндустриальной экономики, японский ученый К. Ямагучи выделяет следующие ее параметры: ранее производство развивалось в строго централизованных рамках (руководство из одного центра); ныне имеет место децентрализация его разных ответвлений и структурно-управленческих узлов. Вместо стандартизации продукции современный производитель ориентируется на потребителя и удовлетворение индивидуальных заказов. Вместо синхронизированной работы многих тысяч людей в рамках одного производственного цикла происходит переход на работу по гибкому режиму дня (используется скользящий график). Масштабная концентрация производства уступает место его рассредоточению не только на территории страны, но и в разных регионах мира (глобализация производственных процессов). Ранее производство было ориентировано на выжимание физических возможностей работника, теперь большее значение придается гармонизации отношений, со-•' тасованным действиям работников между собой. (Ямагучи К. Смена .< парадигм в экономике по мере становления информационного общества // Идеи Н. Д. Кондратьева и динамика общества на рубеже третьего тысячелетия. М., 1995)

В последней четверти XX в. в развитых странах преодолевается исторически сложившееся представление о секторе услуг как о второстепенном, подчиненном, полностью зависящем от промышленности. К концу века в США, в странах Западной Европы, Японии ситуация коренным образом меняется, а ряд производственных услуг — банковских, финансовых, информационных, управленческих, компьютерных — определяется даже в качестве ведущих элементов национального и регионального развития.

Отличительной особенностью постиндустриальной экономики выступает увеличение доли невещественного продукта-услуги, а также рост производства продукции  по индивидуальным заказам. По оценкам ученых, производство услуг и информации в обществе завтрашнего дня будет значительно превышать производство товаров. Доминирующее значение в процессах такого рода будет занимать производство знаний, образов, духовных ценностей, информации в целом. Для такого производства уже сегодня требуется участие в указанных производственных процессах самих потребителей, предоставляющих производителю исходную информацию о предпочтительном исполнении заказа. Подобного рода продукт, в котором реализуется интерактивное отношение производителя и потребителя, составит главную отличительную особенность товара-услуги ближайшего будущего.

Расширение многообразия создаваемого продукта и достижение максимума полезности того или иного набора товаров и услуг сохраняют прежнюю цель производства: достижение максимума прибыли. Однако принцип «прибыль любой ценой» в постиндустриальном обществе становится опасным — слишком масштабными могут быть издержки при его использовании. Чисто утилитарные задачи постиндустриальной экономики должны подчиниться тому, чтобы добиться более гармоничных отношений общества с окружающей средой, гуманизировать человеческие связи и взаимодействия, способствовать развитию личности.

Таким образом, контуры будущего вырисовываются не такими приземленными и радужными, какими они виделись в рамках «общества изобилия». В постиндустриальном обществе безграничное материальное потребление уже не выступает признанным благом. Более того, в последние десятилетия XX в. человечество столкнулось с весьма серьезными противоречиями и издержками индустриального развития, заставившими забыть недавно распространенное клише о «беспроблемном существовании потребительского общества».

Перечислим важнейшие негативные тенденции, с которыми развитые страны, а вслед за ними и весь мир столкнулись на рубеже XX и XXI вв. Речь идет, прежде всего, о неблагополучном состоянии экологии и быстром убывании невосполнимых природных ресурсов. Уже сегодня во всем мире сказывается ограниченность ряда ресурсов, что требует как ресурсосбережения, так и увеличения количества перерабатываемых материалов, глубинных разработок, повышения эффективности обогащения. Повсеместно ощущается недостаток пресной воды, что связано с резким возрастанием ее потребления на технические и бытовые нужды. Неотвратимо снижается продуктивность сельскохозяйственных культур и домашнего скота, идущих на производство продовольствия. Это заставляет обратиться к развитию биотехнологий. Вместе с тем известно, что экологическое неблагополучие мира сложилось в основном под влиянием хозяйствования индустриально развитых стран.

Страны западноевропейского культурного  ареала, в которых проживает 12,3% населения  Земли, производят 59,1% мирового национального  продукта. В целом развитые страны Земли (помимо стран Европы и Северной Америки, к ним относят ряд развитых стран Юго-Восточной Азии) потребляют 55% энергоресурсов и выбрасывают в атмосферу более 45% двуокиси углерода. Если говорить только о США, то, несколько огрубляя, можно утверждать, что они потребляют 40% мировых ресурсов и производят 50% мирового мусора.

Развивающиеся страны Востока и  Африки, представляющие 57% населения  Земли, потребляют менее 20% энергии  и выбрасывают в атмосферу  четверть двуокиси углерода. Но основными  поставщиками энергоносителей на мировой рынок являются страны Востока, прежде всего арабо-мусульманские государства, а также Россия.

Еще один неблагоприятный фактор связан с увеличением социального неравенства людей, живущих на разных континентах, а также граждан одной страны (даже если это высокоразвитая страна). Пока ни одно государство не в состоянии справиться с растущими масштабами безработицы, а также с социальными барьерами, разделяющими высокодоходную элиту и многочисленных обитателей бедных кварталов, коренных жителей и эмигрантов, высококвалифицированных специалистов и основную часть наемного персонала. Кроме того, увеличивается разрыв в уровне жизни населения богатых и бедных стран. Перспективы на ближайшие 30-50 лет не позволяют надеяться на уменьшение этого разрыва.

Особенно большие различия определяют современную жизнь среднего гражданина высокоразвитого общества и бедной страны. Питание «золотого миллиарда», т.е. людей, живущих в странах Западной Европы и Северной Америки (точная численность 1,2 млрд.), в целом превышает разумные пределы. Скажем только, что избыточный вес наблюдается примерно у каждого второго западного европейца и у жителей Северной Америки. Вместе с тем повседневная жизнь миллионов людей в Африке, Азии, Латинской Америке и в странах бывшего советского блока лишена достатка в продовольствии, медицинском обслуживании, образовании и работе.

Существуют также серьезные  свидетельства уязвимости хозяйственной практики развитых капиталистических стран, о чем говорят изменения, произошедшие в мировой экономике последнего десятилетия XX и в начале XXI в. Укажем на масштабные процессы деиндустриализации стран Западной Европы, а также США, Канады. Могущественным транснациональным компаниям (ТНК) этих стран с определенного периода времени становится невыгодно развивать массовое промышленное производство на родине. Они переводят в развивающиеся страны Азии, Латинской Америки значительную часть производства стандартизированных товаров массового спроса, а также производство, вредное в экологическом отношении. Этот шаг позволяет им снижать производственные издержки и получать сверхприбыли, ввозя в свою страну уже готовые изделия с низкой себестоимостью.

В развитых странах продолжает оставаться наукоемкое, высокоточное, уникальное производство (например, самолетостроение, производство аэрокосмической продукции, микросхемного набора для компьютеров и др.), а также то производство, которое нельзя перевести за рубеж по стратегическим, социальным и военным причинам. В свою очередь товары и технологии, которые разрабатываются и создаются высококвалифицированными специалистами развитых стран и продаются за рубеж, приносят огромные дивиденды.

Например, благополучие США не в  последнюю очередь определяется экспортом продуктов фирмы «Майкрософт», а также продукции Голливуда. Таким образом, развитые страны существуют в значительной степени за счет интеллектуального потенциала и научно-технической ренты. Но по существу они переживают процессы деиндустриализации — в этом заключается одна из важнейших причин возрастания численного состава работников сферы услуг при сокращении доли занятых в сельском хозяйстве и промышленном производстве в развитых странах.

За счет экономической зависимости  стран мира друг от друга ширятся  процессы глобализации. В наибольшей степени выигрывают от этих процессов ТНК, а также занятая часть населения развитых стран. Однако по отношению к незанятой части работоспособного населения развитых стран глобализация поворачивается неприглядными сторонами.

Укажем также на возрастание  роли информационно-финансовых технологий и банковского капитала в странах Запада. С середины 80-х годов начался отрыв финансового капитала от нужд материального развития и производственных мощностей, что способствовало разрастанию такого сектора банковского обслуживания, как фондовый рынок. По разным оценкам, на рубеже тысячелетий годовая торговля валютой в мировой экономической практике составляет более 400 трлн. долл., что в 80 раз превышает мировую торговлю товарами. Таким образом, современное развитое общество создает условия для получения дополнительной прибыли без производства реальной стоимости (как не создают ее, к примеру, азартные игры или кражи, хотя они и перераспределяют материальные ценности, принося кому-то доход).

Спекуляции и валютные интервенции  мировых финансовых игроков обеспечиваются системой банковских механизмов, посредством которых осуществляется дематериализация капитала, теряющего привязку к реальному процессу производства общественного богатства. На этой основе происходит превращение финансовой элиты в «игровое сообщество», способное свести на нет сбережения населения целых стран, т.е. труд сотен миллионов людей. Это было доказано мировым финансовым кризисом 1997-1998 гг. В результате мир финансов становится фактически самостоятельным, автономным пространством, утрачивая прямую зависимость от труда людей и производственной реальности.