Западноевропейское искусство

Абстракционизм в скульптуре выразился меньше, чем в живописи. Здесь наблюдаются две тенденции: так называемое объемное направление (интерес к соотношению отвлеченных  объемов — К. Бранкузи, Г. Арп) и  «новое пространство» (решение новых  пространственных отношений — Н. Габо, А. Певзнер).

С приходом к власти фашистов центры абстракционизма перемещаются в Америку. В 1937 г. в Нью-Йорке создается  музей беспредметной живописи, основанный семьей миллионера Гугенхейма, в 1939 г.—  Музей современного искусства, созданный  на средства Рокфеллера. Во время Второй мировой войны и после ее окончания  в Америке собрались вообще все  ультралевые силы художественного  мира.

В послевоенный период новая  волна абстракционизма была поддержана огромным размахом рекламы, организованным успехом. В произведения абстрактной  живописи вкладывают капитал. Причины  такого успеха беспредметного искусства  прежде всего социально-психологические. Апология хаоса, беспорядочности, отказ  от «сознательного» в искусстве, призыв «уступить инициативу формам, краскам, цвету» вместе с экзистенциалистской  литературой и театром абсурда  — те средства, которые выражают общую дисгармонию современного мира. Искусство становится языком знаков, и не случайно целое направление  абстракционизма называется абстрактной  каллиграфией (например, творчество его  представителя Ганса Гартунга). Очень  близка ему в Америке так называемая тихоокеанская школа абстракционизма  с Марком Тоби во главе. Наиболее острый характер носит творчество абстракционистов нью-йорской школы (Ганс Гофман, Арчия  Горький и пр.). «Звездой» американского  абстракционизма послевоенного  периода по праву считается Джексон  Поллок (1912—1956). Поллок ввел термин «дриппинг» — разбрызгивание красок на холст  без применения кисти. Это называется также в Америке абстрактным  экспрессионизмом, во Франции—ташизмом (от слова tache—пятно), в Англии —  живописью действия, в Италии —  ядерной живописью (pittura nucleare).

Во Франции в первой половине 40-х годов наблюдалось  некоторое затишье в сфере  абстрактного искусства. Это было вызвано  усилением позиций реалистического  искусства после войны. С конца 40-х годов абстракционисты вновь  объединяются в «Salon des realites nouvelles»  и издают специальный журнал «Aujourd'hui art et architecture». Его теоретики—Леон Деган  и Мишель Сейфор. Сейфор еще в 1930 г. был организатором журнала  и объединения художников-абстракционистов «Круг и квадрат», куда входили  Кандинский, Арп, Ле Корбюзье, Мондриан, Озанфан и др.

В 50-е годы во Франции увлечение  абстракционизмом — повсеместно. Соперником американца Поллока выступает Жорж Матье, сопровождающий свои «сеансы  творчества» в присутствии публики  маскарадными переодеваниями и музыкой  и называющий свои огромные творения вполне сюжетно (например, «Битва при  Бувине»), что не делает их, однако, «менее абстрактными». Как писал теоретик абстракционизма Л. Вентури, «...искусство  называется абстрактным тогда, когда  оно абстрагируется не от личности художника, но от предметов внешнего мира...»

Абстракционизм не был  последним из авангардных течений, возникших в первые десятилетия XX в. В феврале 1916 г. В Цюрихе эмигрантская богема организовала артистический  «Клуб Вольтера». Его основателем  был поэт Тристан Тзара, румын  по происхождению, который, найдя в  словаре слово «дада» — игра в  лошадки, дал этому объединению  название «дадаизм». После того, как  центр дадаистов переместился в Париж, к нему примкнули поэты А. Бретон, Л. Арагон, П. Элюар, художники М. Дюшан, Ф. Пикабия, X. Миро и др. Вторым очагом дадаизма, так называемого политического, слившегося с послевоенным экспрессионизмом, была Германия. Дадаизм —самое хаотичное, пестрое, кратковременное, лишенное всякой программы выступление авангардистов. Так, на нью-йорской выставке 1917 г. М. Дюшан выставил разнообразные коллажи («ready made» — готовые изделия, вводимые в изображение, например наклеенные на холст опилки, окурки, газеты и т. д.), в которые был включен даже фонтан в виде писсуара. Демонстрация сопровождалась «музыкой» битья в ящики и банки и танцами в мешках. Призывы дадаистов гласили: «Уничтожение логики, танец импотентов творения есть дада, уничтожение будущего есть дада». Или: «Дадаисты не представляют собой ничего, ничего, ничего, несомненно, они не достигнут ничего, ничего, ничего». За всем этим «художественным хулиганством» было отрицание всех духовных ценностей, законов морали, этики, религии, утверждение хаоса и произвола, безудержный нигилизм, желание эпатировать буржуа, истерическое ниспровержение всех основ нравственности. Дадаизм, как метко сказано, к 1922 г. «выдохся».

На почве дадизма и  сначала только как течение литературное возник сюрреализм (от surrealite — сверхреальное). Этот термин впервые прозвучал в 1917 г. в предисловии Аполлинера к  своему произведению, хотя он не был  ни поэтом, ни теоретиком сюрреализма.

В 1919 г. журнал «Litterature», вокруг которого группировались дадаисты во главе с Андре Бретоном, становится центром сюрреализма. После распада  группы дадаистов все их журналы  были заменены одним журналом «La Revolution surre'aliste», первый номер которого вышел 1 декабря 1924 г. В этом же году появился «Первый манифест сюрреализма». Из литературы сюрреализм переходит в  живопись, скульптуру, кино и театр.

Сюрреалистическое направление  в искусстве родилось как философия  «потерянного поколения», чья молодость  совпала с Первой мировой войной. Его представляла в основном бунтарски  настроенная художественная молодежь, близкая по мироощущению к дадаистам, но понимающая, что дадаизм бессилен выразить волновавшие их идеи. Теория сюрреализма строилась на философии  интуитивизма Анри Бергсона (интуиция — единственное средство познания истины, ибо разум здесь бессилен и акт творчества имеет иррациональный, мистический характер), на философии  идеализма Вильгельма Дильтея, проповедующего роль фантазии и случайного в искусстве, и на философии австрийского психиатра  Зигмунда Фрейда с его учением  о психоанализе, с культом «бессознательного» и с культом полового инстинкта  — «либидо», которые, по Фрейду, сопутствуют  человеку с детства и сублимируются  в творческий акт. Именно Фрейда сюрреалисты  считают своим духовным отцом. В  первом манифесте сюрреалистов говорилось о том, что творчество строится на «психологическом автоматизме, это  нечто вроде фиксации сверхреальных  алогичных связей предметного мира, получаемых в состоянии бессознательном: сна, гипноза, болезни и т. д. В  манифесте провозглашалась безоговорочная вера «во всемогущество сна». Провозглашая «свободные ассоциации» в творчестве, сюрреалисты ввели свое основное «правило несоответствия», «соединения  несоединимого». В их искусстве, по словам одного исследователя, «дали  ростки все "цветы зла" наихудших  сторон фрейдизма: культ фатальной  предрешенности социального зла, агрессивных  влечений, низменных побуждений, разрушительных инстинктов, извращенной эротики, патологической психики». Ненавидящие буржуазный мир, ищущие новые острые средства выражения в искусстве, к сюрреализму примкнули в 20-е годы такие большие мастера, как Элюар, Арагон, Пикассо, Лорка, Неруда (отмежевавшиеся от него, впрочем, уже в 30-е).

Своими предшественниками  сюрреалисты объявили испанского архитектора  Антонио Гауди, выходца из России живописца Марка Шагала и итальянского художника и поэта Джордже  ди Ки-рико—создателя «метафизической  живописи» (последний был участником первой выставки сюрреалистов в 1925 г., но затем резко порвал с ними). Первыми сюрреалистами в живописи были: Андре Массон (быстрые наброски животных, растений, каких-то фантастических декоративных форм); Хоан Миро (подражание детскому рисунку, мир, увиденный как  сквозь микроскоп), скоро перешедший к абстракционизму; Макс Эрнст, бывший дадаист, принесший в сюрреализм основной его принцип — «обман глаз»; Ив Танги, художник-самоучка, с  его пейзажами, напоминающими мертвую  пустыню, оживляемую фантастическими  растениями или животными. Этот иррациональный мир, написанный, однако, всегда с подчеркнутой объемностью, и «обман глаз» —  натуралистические детали, переданные с фотографической точностью  в сочетании с абстрактными неизобразительными формами — с целью показать реальность подсознательного, мистического, болезненного, воздействовать на зрителя  кошмарными ассоциациями,—наиболее  типичные черты сюрреализма. В картинах сюрреалистов «тяжелое повисает», «твердое растекается», «мягкое костенеет», «прочное разрушается», «безжизненное  оживает», а живое гниет и превращается в прах.

В 30-х годах в среде  сюрреалистов появляется художник, который  воплотил в своем творчестве кульминацию  этого направления. Имя этого  художника—Сальватор Дали (1904—1989). Художник огромного дарования, исключительной гибкости манеры, позволяющей ему  копировать и подражать множеству  великих старых мастеров, «создатель больших полотен и массы рисунков, автор кинофильмов и либретто балетов, а также книг о себе самом, безбожник и богохульник в  прошлом, затем как будто бы правоверный  католик, человек с мировой славой, мультимиллионер, но всегда и во всем циник и мистификатор» — таким  предстает этот художник в характеристике одного из исследователей (Т. Каптерева). Ранние вещи Дали, уже сюрреалистического толка, очень многословны. Это сказывается  даже на их названии («Остатки автомобиля, дающие рождение слепой лошади, убивающей  телефон», 1932).

Алогичность должна действовать  на психику зрителя, уводя его  в мир бредовых   ассоциаций. Этим устрашающим многозначительным  ассоциациям Дали придает иногда определенный политический смысл. В 1936 г. он, испанец по происхождению, так  откликается на события у него на родине: в картине «Предчувствие  гражданской войны» изображена какая-то ужасающая конструкция из разлагающейся  головы на костяной ноге и с двумя  огромными лапами, одна из которых  сжимает грудь с окровавленным  соском. Все это «покоится» на маленьком, иллюзорно написанном ящике-шкафчике и размещается на фоне безжизненного, мертвого, типично сюрреалистического пейзажа. Такой же мертвый пейзаж с идиллическим мотивом белого домика является фоном другого, не менее  ужасного действа в картине «Осеннее каннибальство» (1936—1937). Автор поясняет, что оно должно изображать, как два иберийца, вооружившись ножами и вилками, пожирают, «черпают» друг друга,—в этом и видит он «пафос гражданской войны».

В 30-х годах сюрреализм выходит за европейские рамки. В 1931 г. устраивается первая выставка в  Америке. Нью-йоркская выставка 1936 г. называется «Фантастическое искусство, дада, сюрреализм». Рядом с произведениями сюрреалистов и дадаистов на ней экспонировались  произведения душевнобольных, «естественные  объекты сюрреалистического характера», вроде ложки из камеры смертника, и «научные объекты», вроде поперечного  среза лишая.

Во время Второй мировой  войны центр сюрреализма перемещается в Америку. Сюда переезжает Дали, Бретон, Массон, Эрнст, Танги и др. Деятельность Дали в Америке в эти годы необычайно разнообразна: он пишет полотна, которые  продает по баснословным ценам, ставит балеты, сотрудничает в журналах, оформляет  магазины и даже выступает консультантом  по дамским прическам. Исследователи  отмечают два метода в его творчестве: либо он вводит в абсолютно нереальный пейзаж, нереальную среду предметы нарочито будничные, либо искажает знакомое и реальное до какого-то чудовищного  образа. Так, грудь, живот, колени копии  Венеры Милосской он превращает в  какие-то выдвинутые ящики шкафа  с ручками-присосками. В 50-е годы в зените своей славы он делает абсолютно точную копию в Лувре  с «Кружевницы» Вермера и одновременно рисует в зоопарке носорога. Плодом таких занятий явилось произведение, изображающее искромсанное рогом носорога тело вермеровской «Кружевницы».

После Второй мировой войны  Дали пишет такие картины: «Три сфинкса  бикини» (вырастающие из земли три  головы с перманентом), «Атомный Нерон» (расколотая статуя императора) и «Атомная Леда» (почти академически правильная штудия обнаженной женской натуры и  лебедь с огромными лапами).

В 40—50-е годы в Америке  сюрреалисты имели наивысший  успех. Исследователи сюрреализма  объясняют это тем, что публика, уставшая от абстракционизма, устремляется к картинам, в которых «что-то все-таки изображено». В 1947 г. с выставки в Нью-Йоркском музее современного искусства начался новый этап сюрреализма Дали — так называемый католический сюрреализм. Эскиз картины  «Мадонна порта Льигат» (1949) был послан на утверждение Папе — очередной  рекламный трюк Дали. Произведения 50-х годов не имеют никакой  деформации, выполнены на высоком  профессиональном уровне («Христос св. Иоанна на кресте», 1951;«Тайная вечеря», 1955; «Св. Иаков», 1957). Помимо картин на религиозные  темы Дали пишет такие, в которых  пытается примирить религию и  науку («Атомистический крест», 1952 —  изображение атомного реактора и  куска хлеба как символа святого  причастия). В 60-е годы сюрреализм стал уступать свои позиции новой волне  абстракционизма и, главное, новым  направлениям авангардизма, прежде всего  искусству поп-арта.

Термин «поп-арт» (народное, популярное искусство, а точнее —  «ширпотреб-искусство») возник в 1956 г. и принадлежит критику и хранителю  Музея Гугенхейма Лоуренсу Элоуэйю. Поп-арт возник в Америке как  реакция на беспредметное искусство  и представляет собой коллажи, комбинации из бытовых вещей на холсте. Высшая точка развития этого направления  — 60-е годы, венецианская би-еннале 1962 г. Правда, на территорию выставки «поп-артисты» допущены не были, они устроили экспозицию в американском консульстве. Именно здесь экспонировались «произведения», составными частями которых были ведра, лопаты, рваные ботинки, грязные  штаны, афиши, части автомобилей, муляжи, манекены, одеяла, комиксы и даже чучело курицы. «Изобретатели» поп-арга — Роберт Раушенберг, получивший на венецианской биеннале даже золотую  медаль, и Джэспер Джонс. То, что  использовали художники поп-арта, такие, как Джеймс Розенквист, Рой Лихтенберг, Чемберлен, Ольденбург, Дайн и др., делали еще дадаисты, иногда даже с иронией, во всяком случае не без юмора. Тем  не менее поп-арт из Америки прошел по всей Европе. Французская разновидность  поп-арта — «новый реализм» (А. Эрро). (Иногда этих художников называют «новые дикие»). Близок к поп-арту «боди-арт» с демонстрацией самого художника  в сопровождении нелепых атрибутов  и «акционизм» — смесь абстракционизма, дадаизма, поп-арта в сочетании с  перфомансом —целым театральным  представлением (70-е годы). «Рэди-мейд»  М. Дюшана превращается в целое направление, отмежевывающееся и от Дюшана, и  от поп-арта и претендующее на самобытность — так называемое концептуальное искусство, где «концептами», «атрибутами  цивилизации» именуются вполне реальные предметы.

К середине 60-х годов поп-арт  сдает свои позиции искусству  оп-арт, оптическому искусству, считающему своим предтечей геометрический абстракционизм Баухауза и русский, и немецкий конструктивизм 20-х годов (его основоположником считается  работавший во Франции Виктор Вазарелли). Смысл оп-арта—в эффектах цвета  и света, проведенных через оптические приборы на сложные геометрические конструкции. В полную силу это авангардистское  крыло продемонстрировало себя в  Нью-Йорке на выставке «Чуткий глаз», в которой участвовало 75 художников из 10 стран. Оп-арт имел некоторое  воздействие на художественную промышленность, прикладное искусство, рекламу.

Под кинетическим (кинематическим) искусством подразумеваются «изобретения»  с разного рода гудящими, вращающимися и прочими механизмами, композиции с магнитами и т. п. Начало ему  было положено в 1931 г. в США: А. Кольбер  создал конструкцию из жести и  проволоки, приводимую в движение то мотором, то ветром. Успех в 50-е годы кинетическое искусство имело, в  основном, в интерьере. Гюнтер Юкер получил прозвище «кинетик гвоздей», ибо его произведение искусства  представляло движущуюся ткань, на которую  набивались гвозди. Наиболее прославленный  «кинетик» —швейцарец Жан Тингели, создатель саморазрушающихся машин, сочетающий процесс «саморазрушения» со световыми эффектами. В кинетическом искусстве и в оп-арте зритель  может быть автором и соучастником, если он пускает в ход конструкцию, что-то перекладывает или даже входит внутрь «произведения», желая в этом случае, к примеру, на нем отдохнуть. Но художник, который как «высшее  существо» призван творить эстетические и моральные, этические ценности, уже перестает существовать, ибо  к искусству, которое в образной художественной форме осмысляет  и истолковывает жизнь, все это  уже отношения не имеет. Оп-арт  и кинетическое искусство существуют и поныне, как и гиперреализм (от английского hyperrealism — сверхреализм), а вернее, фотореализм, возникший  в 70-х годах в Америке и в Европе. Использующий цветную фотографию или муляж для воспроизведения действительности, гиперреализм, по сути, является разновидностью натурализма (другое название — «магический реализм», «радикальный реализм»). Отсюда уже прямой путь к китчу —квинтэссенции массовой культуры —с его штампами, пошлостью, трюизмами, отсутствием чувства меры, победой мещанского вкуса — свидетельство вытеснения великой европейской культуры с ее духовными традициями —цивилизацией, гуманистических ценностей и идеалов — прагматизмом и материализмом технократического века.