Содержание и смысл термина «Dаsеin»

 

 

Содержание:

Введение  ……………………………………………………………………………………. 2 Содержание и смысл термина «Dаsеin».……………........................................................... 4 
«3абота» как единство трех моментов: бытия в мире, забегания вперед и бытия при внутремировом существовании. ……………………………………………………………7 
Подлинное и неподлинное бытие. Понятие «dаsМаn» …………………………………...9 
Личность и общество. Проблема отчуждения   .................................................................12                         Заключение………………………………………………………………………………….13 Список литературы…………………………………………………………………………15

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

  

   В современной  философии, как и во всей предшествующей  истории философии,  проблема бытия является фундаментальной проблемой. Все остальные философские проблемы имеют смысл и значимость постольку, поскольку на них падает отблеск бытия. Занимаясь поисками бытия, философия отстаивает свою специфику перед наукой, религией, искусством, выявляет особый характер мышления, как особого способа жизни, в котором бытие может открыться. Поиски бытия не являются занятием небольшой узкопрофессиональной групыы людей, а поиски человеком, говоря словами М. Хайдеггера, своего дома, т.е. преодоление своей бездомности и  осиротелости. Поиски бытия – это поиски своих корней, с помощью которых человек способен преодолеть бессмысленность окружающего мира, почувствовать себя необходимой и незаменимой частью бытия, “пастухом бытия”, которому завещана весть о бытии, являющаяся основной задачей его жизни. Эти поиски являются фундаментом человеческого существования.

   За века, прошедшие  со времен Парменида, под бытием  понимали многое –мышление, мир  идей, Бога, материя и т.д. Понимание  бытия, прикосновение к нему, осененность  бытием преобразует, преображает, человека, вырывая его из бессмысленного  хаоса эмпирической жизни и  делая его само-бытным, делая его  самого бытием.

   Что есть бытие, в чем сущность человеческой  природы, как связан человек с  бытием, что есть самобытность  человека? – эти вопросы занимают  важнейшее место в онтологической  проблематике философов ХХ века. Возможны ли вообще рациональные  и однозначные ответы на вопросы: в чем заключается человечность  человека, то есть его бытие, в  чем причина появления массового  человека, для которого гуманные  ценности и идеалы – пустой  звук.

   Назначение нижеследующей  работы в попытке разобраться  с этими и многими другими  вопросами, опираясь на философские  труды немецкого философа ХХ  века М.Хайдеггера. Произведения  великого философа, имевшие огромный  успех при его жизни и продолжающие  оказывать неослабевающее влияние  на современность, на мой взгляд, являются одними из знатичельнейших  в истории философии. Под влиянием  Хайдеггера формировалось мышление  Ж.-П. Сартра, Гадамера, отчасти –  А. Камю и Х. Ортеги-и-Гассета, а  также ряда менее известных  философов Германии и за её  пределами. Книги Хайдеггера имеют  вид произведений вневременного  характера. Тщательный текстологический анализ его текстов позволяет выявить ту специфическую духовную традицию, на которую он опирается: это прежде всего Гуссерль, Ницше, Дильтей и Зиммель, далее – Кьеркегор, Новалис и Гёльдерлин, и, наконец, - молодой Лютер, Таулер и Экхарт. Очарование хайдеггеровской мысли огромно. Человек, однажды попавший в орбиту ее влияния, рискует остаться там навсегда. Такая участь постигла в Германии многих. Уже в конце 20-х здесь появился неологизм "хайдеггерствовать", то есть говорить языком лекций и семинаров Хайдеггера. Суггестивная сила этого человека оказалась столь значительной, что подчиняла себе и людей, никогда Хайдеггера не слышавших: по прочтении его работ пробуждалось непреодолимое желание мыслить в русле Хайдеггера. И его словами.

   Его творчество, в  корне изменившее направление  европейской мысли до сих пор  не осмыслено. Оно ,,есть берегущий  самое себя горный массив, одолеть  который мы ещё не в состоянии. Но мы, конечно, можем немного  пройти по той или иной тропе  и при этом углядеть много  непривычного и волнующего –  однако всё это очень далеко  от скалолазанья или альпинизма”1. Стремление понять мысль Хайдеггера требует постоянного усилия. Можно сказать даже, что сама мысль существует только пока это усилие есть, и пока оно есть, можно надеяться, что хайдеггеровская мысль может быть сформулирована, удержана и понята.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Содержание и смысл термина «Dаsеin»

 

 

   С момента публикации  работы ,,Бытие и время”1, принесшей ему широкую известность, и вплоть до последних лет своей жизни Хайдеггер не уставал повторять, что в центре его внимания находится проблема бытия. Фундаментальная онтология, согласно Хайдеггеру, должна начать с вопроса о бытии, т.е. о смысле бытия. Он обосновывает необходимость и актуальность новой постановки вопроса о бытии, потому что старое понимание бытия со времён Платона превратилось в догму2. Более того, последущая работа философской мысли привела фактически к упразднению вопроса о бытии. Постепенно господствующим стало мнение, что вопрос о бытии вообще излишен, ибо: 1.бытие – самое общее понятие, которое охватывает всё сущее. Но всеобщность бытия иного порядка, чем всеобщность материальных родов, по отношению к которым бытие трансцендентно. 2.понятию бытия нельзя дать определение. Но неопределимость бытия, напротив, понуждает к вопросу о его смысле. 3.бытие принимается как само собой разумеющееся понятие. Но ведь именно самопонятное есть истинная и единственная тема философии. Таким образом, став физикой, метафизика забыла о быти, более того, забыла о самом забвении.

   Понимание бытия всегда  существует, но оно остаётся смутным. В хайдеггеровском определении  бытия определённым оказывается  лишь отграничение его от предметного, эмпирического мира, мира сущего. Всё остальное – достаточно  зыбко и неопределённо. Вопрос  в том, как поставить вопрос  о бытии. ,,Чтобы проблему бытия  истолковать со всей возможной  прозрачностью, необходимо сначала  прояснить способ проникновения  в бытие, понимания и концептуального владения его смыслом, а также прояснить возможность определённого сущего в качестве образца и указать подлинный путь доступа к нему”. Сущим мы называем очень многое. Тогда возникает вопрос о том, с какого же сущего следует считывать смысл бытия. К бытию необходимо подходить с точки зрения такого сущего, которое способно  раскрывать сокрытое, спрашивать и одновременно понимать самого себя, т.е. нужно указать на такое сущее, в котором бытие само себя обнаруживает.

   Хайдеггеровская онтология  есть фундаментальная (или критическая) онтология, потому что сам вопрос  и способ его постановки включается  в существо онтологии. Здесь важно  отметить феноменологическое начало  хайдеггеровской философии. Феноменология  ищет феномен, а это, прежде всего - открытость, себя-в-самом-себе-показывающее, т.е. то, что говорит само за  себя. Вопрос о бытии, мыслимый  феноменологически, предполагает вопрос-феномен: этот вопрос задаёт не онтолог, а некое сущее самим своим  существованием осуществляет вопрос  о бытии. Сущее, в бытии которого  речь идёт о самом этом бытии, сущее, отличающееся от другого  сущего тем, что оно онто-логично, - т.е. устроено так, что находясь  среди сущего, от-носится, вы-носится  из сущего к бытию сущего  в возможной целостности его  смысла – именно это интересует  Хайдеггера.

    Неэффективность традиционного  вопроса о бытии преодолевается  Хайдеггером анализом того, кто  в состоянии вопрошать. Им может  быть сущее, бытийствующее и одновременно  рефлексирующее о бытии. Если  вопрос о бытии ставится отчётливо, развёртывается в своей совершенной  прозрачности, то, согласно Хайдеггеру, он должен быть подготовлен  пониманием того отдельного сущего, которое имеет доступ к бытию. Направленность понимания, понятийного  познания и выбора сущего –  это конституитивные правила  вопрошания и одновременно модус  бытия сущего, в качестве которого  выступаем мы сами, вопрошающие  о бытии. Это сущее, имеющее бытийственную  возможность спрашивания, Хайдеггер  обозначает термином Dasein3. Хайдеггер выбирает термин ,,Dasein” и одновременно отказывается от традиционного содержания -  ,,существование” у Канта, ,,наличное бытие” у Гегеля - так как для него нет единого понятия существования. Если у Гегеля понятие Dasein имеет самый низкий онтологический статус и выступает как своего рода категориальное клеймо, которым абсолютный дух помечает ограниченность и абстрактность любых достоверностей индивидуального опыта, то Хайдеггер тем же словом обозначает независимую от абсолютов целостность этого опыта: всю реальность, с которой от рождения и до смерти имеет дело данный, незаместимый в своей самобытности индивид.

   Сущее, вопрошающее о бытии  – Dasein – должно быть определено в своём бытии, но в то же время бытие становится доступным только через это сущее. Тем не менее нельзя говорить о наличии круга в доказательстве, ибо сущее в своём бытии может быть определено и без эксплицитного понимания бытия. ,,Не “круг в доказательстве” лежит в вопросе о смысле бытия, но пожалуй странная ”назад- или вперёд-отнесённость” спрошенного (бытия) к спрашиванию как бытийному модусу сущего”4. Dasein выделяется из другого сущего, т.е. выделяется онтически, поскольку ,,для этого сущего в его бытии речь идёт о самом этом бытии”. ,,Понятность бытия,- подчеркивает Хайдеггер,- сама есть бытийная определённость присутствия. Онтическое отличие присутствия в том, что оно существует онтологично”5,-т.е. устроено так, что, находясь среди сущего, от-носится, вы-носится из сущего к бытию сущего в возможной целостности его смысла. Онтически-онтологический круг Хайдеггер замыкает на Dasein: онтология обосновывается через аналитику Dasein, т.е. через описание существенных черт человеческого способа существования, через онтическую укорененность человека в мире; однако все онтическое в Dasein, всё, что связывает его с другим сущим – всё эмпирическое, психологическое, практически-деятельное, - должно получить онтологическое прояснение, т.е. прояснение из бытия.

   Сущность Dasein определяется экзистенцией, важнейшим конституирующим признаком которой является самопонимание и способ его обнаружения. ,,Само бытие,- пишет Хайдеггер, - к которому присутствие так или иначе может относить себя и всегда каким-либо образом относит, мы называем экзистенцией”6. Содержательно экзистенция означает ,,пред-стояние в истине бытия”. Термин ,,экзистенция” – производное от латинского глагола ex-sistere – выступать, выходить, делаться, становиться. Сущность Dasein, таким образом состоит в том, чтобы становиться, выходить за пределы наличности – экс-зистировать.

«3абота» как единство трех моментов: бытия в мире, забегания вперед и бытия при внутремировом существовании.

    Смысл бытия равен пониманию бытия, т.е. самопроектированию Dasein. Структуру человеческого бытия в её целостности Хайдеггер обозначает как заботу. Он раскрывает смысл и одновременно указывает на онтическую укоренённость заботы, приводя следующую басню: Забота, переходя реку, слепила из глины существо, которому Юпитер, по её просьбе даровал дух. Затем Забота, Юпитер и Земля начали спорить о том, чьим именем наделить слепленное существо. Они взяли судьёй Сатурна, который рассудил следующим образом: после смерти Юпитер должен получить дух, Земля – тело, а т.к. Забота первая образовала это существо, то, пока оно живёт, оно принадлежит Заботе. Названо же существо будет “homo” – по имени материала, из которого оно сделано.      

   Забота представляет  собой единство трёх моментов: бытия-в-мире, забегания вперёд и бытия при внутримировом существовании.

   Важнейшей стороной Dasein, благодаря которой оно вообще оказывается доступным для восприятия, является бытие-в-мире (In-der-Welt-sein). В-мире-бытие означает принадлежность внутримирового содержания человеческому субъекту, т.е. неразрывность человеческого бытия и мира, субъективного и объективного.  Немецкое слово ,,Sein” означает не только ,,бытие”, но и принадлежность некоего предмета или свойства. Соответственно, In-der-Welt-sein означает раскрытие мира, как нечто, существующее при Dasein, а не наряду с ним. Хайдеггер провозглашает бытие-в-мире внутренним, априорным определением человека.

   Второй момент заботы  как забегание вперёд (Vorweg-sein), означает, что человеческое бытие, постоянно убегающее от себя и ускользающее вперёд, всегда есть бытие, проектирующее само себя в нечто большее, чем есть в данный момент. Тем самым оно не пребывает в той точке пространства и времени, в котором находится физическое человеческое тело, ибо сфера бытия человека – это историчность, где время есть целостность трёх его моментов.

   Определяя заботу  как бытие-при-внутримировом-сущем (Sein-bei-innerweltlichem-Seiendem), Хайдеггер подчёркивает тем самым специфический способ отношения к вещам как к спутникам человека в его жизни,  как к чему-то близкому, согретому человеческим теплом и потому отдающему это тепло назад человеку. Интимное отношение к вещам как к "подручным (Zuhandene)", Хайдеггер противопоставляет современному способу орудования вещами, при котором вещественное начало понимается как сырьё и техника.

   Таким образом, забота  является целостной структурой, которая означает ,,быть-всегда-уже-впереди-себя-в-мире-в-качестве-бытия-при-внутримировом-сущем”.

   Каждый момент  заботы – это определённый  модус времени: бытие-в-мире –  модус прошлого (у Хайдеггера  он выступает как фактичность, или заброшенность), забегание-вперёд  – модус будущего (проект, постоянно  на нас воздействующий), а бытие-при-внутримировом-сущем  – модус настоящего (обречённость  вещам, сущему). Таким образом, забота  изнутри полностью определяется  временными структурами, которые  существенно отличаются от трёх  измерений объективного времени.

  

 

 

 

 

 

 

 

 

Подлинное и неподлинное бытие. Понятие «dаsМаn»

   Человеческое  бытие, согласно Хайдеггеру, никогда  не выступает как изолированный  субъект, существование других, себе  подобных, изначально известно ему, ибо составляет один из моментов  его собственной бытийной, априорной  структуры. Если характеристика  бытия среди других – повседневность, обыденность, то бытие-с-другими  может быть неподлинным. Возникает  объективный взгляд на личность, при котором она оказывается  вполне заменимой любой другой  личностью. ,,Прихоть других распоряжается  повседневными бытийными возможностями  присутствия. Эти другие притом  не определённые другие. Напротив, любой другой может их представлять”7 Данная взаимозамещаемость, при которой появляется некая фикция среднего человека, приводит к превращению субъекта в нечто безличное среднего рода, в анонима - das Man8. По сути дела это – отчуждённый человек повседневности. Человек повседневности – несобственный. Процесс утилизации проникает также и в язык, который вырождается в господствующее общественное мнение, пустословие анонимной экзистенции; и в конце концов индивидуальность, успокоившаяся в праздной болтовне, исчезает в тумане недомолвок. Созвучно Ницше, Хайдеггер бескомпромиссно обнажает структуры повседневной усредненности духа. ,,Истолкованность сегодняшнего дня – говорит он – молва открытого и посредственного духа; сегодня: современная духовность.

   Своеобразие, самость человека противится  растворению в Man. Экзистенция может осуществляться в совместном бытии-с-другими уже потому, что самость проявляться только в отличии от других. Следовательно, отношение к другим, а, если точнее, противостояние им, оказывается главным конституирующим моментом Dasein. 

   Т.к. Dasein потеряно в людях, ему необходимо себя найти, засвидетельствовать способность быть самостью. Таким свидетельством, согласно Хайдеггеру, является голос совести. ,,Совесть вызывает самость присутствия из потерянности в людях”9. Зов совести не планируется или подготавливается, не осуществляется волевыми усилиями и даже зовет против воли. Совесть ,,говорит в тревожном модусе молчания. И этим способом лишь потому, что зовёт призываемого не в публичные толки людей, но от них назад к умолчанию экзистирующего умения быть”10. Т.о. совесть взывает к подлинному существованию, онтологическому, экзистенциальному плану, где уместны поиски смысла бытия.