Ницше и «философия жизни»

Заратустра, «безбожник», постигнув до конца, что Бога нет, что он умер, приходит в ужас. Как бы ни был далек и чужд ему этот идеал, он остается для него все-таки идеалом, руководившим когда-то в жизни, верным и надежным регулятивом, ведшим вперед человечество к высокой, идеальной цели. Бог был убит людьми. «Бог умер! - восклицает Заратустра. - И вы, вы убили его. А они недоумевают, они не знают. До них не дошла еще весть о его смерти!» []. Это и больше всего возмужает Заратустру. Убить, потерять свой идеал, и не знать, что он уже мертв. Это может случиться только тогда, когда происходит наихудшее из убийств – убийство равнодушием: они задавили жизненное зерно своего идеала и продолжают держаться за его пустую скорлупу. Они и не живут, не определяются им. «Буддист поступает иначе, чем не-буддист; христианин же поступает, как все; для него существует только христианство церемоний и настроений» [].

Подобная критика и привела его к поискам своего идеала, к поискам «истинного» человека, достойного так называться. Однако следует заметить, что картина современного человека нарисована слишком уж мрачными красками, слишком односторонне пристрастна. Однако иначе у величайшего борца со своим временем, вдохновенного пророка и обновителя человечества Ф. Ницше не могло быть. Это нисколько не умаляет ни огромного значения, ни актуальности этого мощного сатирика, под сарказмом которого падает так много гнилого и дряблого в нашей современной культуре. Ницше – могучая буря, разразившееся над Европой и европейской культурой. Как буря снес он на своем могучем пути все нетвердое, шатающееся; после мощной, сильной бури легче дышется, светлее небосклон и изобильный дождь питает новые всходы, побеги [].

3.2 Сверхчеловек  – идеал Ф Ницше

«Лишь как творцы, мы можем уничтожать» [] – говорит Ницше, и сам строго следует этому правилу.

Гетевский Фауст, стремясь перевести известные библейские слова, дающие определение первопричины бытия, долго ищет определение этого принципа, пока, наконец, не восклицает: «Но свет блеснул — и выход вижу смело, могу писать: «В начале было Дело»!» [].

Ницше еще ярче и сильнее выражает свою мысль: «Деяние – все» []. И это деяние, творческую волю, он делает не только принципом мироздания, но и дает еще значение логического начала, кладет в основу всего живущего []. Ему помог в этом «дух», имя которому – Дионис, излюбленный герой и символ Ницше. Это – принцип вечного стремления к творчеству, самоутверждению, проявлению себя, инстинктивного влечение к жизни [].

Однако в сверхчеловеке так же ярко и выразительно представлено и другое начало – аполлоновское, начало объединения, высшего единства []. Оно дает прекрасную, целостную, стройную форму идеалу []. Оно связывает воедино черты гармоничной личности, придает ему стиль и красоту.

Эти два начала, сплетаясь и сочетаясь вместе, не лишая друг друга особенной, присущей каждому красоты, создают вместе высшее синтетическое единство. Сверхчеловек и является этим синтезом.

Радостное утверждение жизни, стихийность жизненности, глубокая и инстинктивная ее жажда – вот первая отличительная черта идеала Ницше. В произведениях философа можно часто встретить поклонение жизненному началу – богу Дионису: «Все это и обозначает слово «Дионис»: я не знаю высшей символики, чем эта греческая символика. В ней скрыт глубочайший инстинкт будущей, вечной жизни… Путь к творчеству жизни – святой путь» []. Он приветствует все, что обогащает, золотит, увековечивает и обожествляет жизнь, а также все одобряющее, утверждающее, творческое []. Ницше везде и всюду старается найти эту жизненность, утверждение, инстинкт жизни: «Я счастлив, что люди совсем не хотят думать о смерти! Я бы охотно постарался сделать мысль о жизни для них еще во сто раз более достойной размышления!» []. Заратустра говорил: «Ваша любовь к жизни да будет вашей высшей надеждой; а ваша надежда да будет высшим смыслом жизни!» []. Всему, что противоположно идеалу полной и экспансивной жизни, философ объявил войну.

Бьющий через край источник жизни должен был реализовываться через творчество. Творческий дух является его идеалом, задачей и надеждой. «Инстинкт творца» - вот что должно быть развито в сверхчеловеке []. Творческий индивидуум – могучий индивидуум, обладающий сильной, стремительной волей.

Творческое начало должно быть направлено прежде всего на самого индивидуума: «Постоянно старайся стать тем, кем ты должен быть, - учителем и создателем самого себя!». Следуя себе и только себе, становясь самим собой, мы следуем своему идеалу, и этот идеал – «суверенный индивидуум, равный только самому себе, освободившийся от «нравственности нравов», сверхнравственный индивидуум (т. к. «автономный» и нравственный исключают друг друга)» []. Как автономная личность, суверенный индивидуум сам творит свои ценности; его мораль поэтому называется «я хочу» [].

Суверенный индивидуум свободен; свобода – важное основание его существования. Ницше писал: «Несвободный человек – позор природы, и нет ему никакого ни небесного, ни земного утешения; каждый, кто хочет стать свободным, должен сам стать им; никому свобода не падает с неба, как чудесный подарок» [].