Семейное консультирование в семьях с детьми со сложным нарушением развития

Автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Ленинградский Государственный Университет  им. А.С. Пушкина.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Доклад  на тему:

"Семейное консультирование  в семьях с детьми

 со сложным нарушением  развития".

 

 

 

 

 

 

 

Выполнила студентка

2 курса 731 гр. Конева М.П.

Проверила

Голенищева Е.Л.

 

 

 

 

 

 

20015 г.

Введение:      

 

        Еще в 60-е гг. в США значительно возросло количество педагогической литературы, посвященной проблемам детей с множественными сенсорными нарушениями. Характеристикой значительной части таких детей стали комплексные, сложные поражения. Из анализа литературы и особенно беседы с коллегами из Школы Перкинса для слепых (Бостон) автору[1] стало ясно, что количество, сложность и тяжесть нарушений, диагностированных у детей с то время, в целом были значительно меньше, чем мы наблюдаем теперь.

        Объяснение  данного данного феномена предложил Майкл Коллинз. Он сообщил результаты проведенного исследования в 1991 г. учащихся из четырех штатов в Новой Англии, у которых была диогностирована слепоглухота. Он обнаружил, что врожденный рубеолярный синдром был диагностирован только у 15% пробандов, при этом ожидалось, что их количество к 1995 г. составит только 5%.

1. Все больше детей данной группы, включая детей, рожденных недоношенными, и тех, у кого развились сложные нарушения в результате перенесенных в ранний период серьезных инфекционных заболеваний, теперь выживают в результате развития медицинской науки и технологий выхаживания. Другими словами, теперь мы работаем с возросшим количеством детей, которые еще десять или даже пять лет назад не выживали (даже задолго до рождения).

2. Возросли желание и возможности сотрудников специальных служб для слепоглухих удовлетворить возрастающее количество запросов об оказании подобной поддержки. Положение Криса Беста относительно того, что школы вынуждены изменить характер своей работы и переосмыслить политику признания нужд учеников, чрезвычайно актуально в этом отношении. Это же относится и к увеличению количества консультативных служб для детей со множественной структурой нарушений.

3. Вследствие описанного в п.2, а также увеличения количества обучающих курсов для педагогов всех уровней углубилось понимание того, какая квалифицированная помощь может быть оказана тем детям, которые раньше, возможно, оценивались как "дети с грубыми и множественными трудностями в обучении" и чьи сенсорные нарушения не брались в расчет или относились к категории "самых простых из проблем".

 

 

 

 

 

 

 

 

1. История развития семейной психологии и психотерапии, основные направления и методы.

В конце XIX века возникло учение о «семейной диагностике» и «семейном лечении» различных психических расстройств. Подлинным основоположником семейной терапии в России и одним из первых в мире считается И.В. Маляревский, который в 1882 году в Санкт-Петербурге основал врачебно-воспитательное заведение для психически больных детей и подростков, персонал которого уделял большое внимание диагностике взаимоотношений в семьях психически больных, роли дисгармоничного воспитания в формировании тех или иных проявлений душевных болезней. С родственниками больных детей проводилось так называемое «семейное воспитание», являвшееся прообразом современной семейной терапии. Потребность в семейной терапии возрастала, особенно начиная с 40-ых годов ХХ века, после завершения 2-ой мировой войны. В настоящее время выделяют несколько основных направлений в семейной терапии: психодинамическое, системное и стратегическое, а также эклектическое. В своей книге «Психология и психотерапия семьи» Эйдемиллер Э.Г. и Юстицкис В. подробно рассказывают о направлениях и школах зарубежной семейной психотерапии.

Мара Сельвини-Палаццоли ввела такой принцип работы, когда бригада терапевтов разного пола работают с семьёй, а другие наблюдают за их работой, находясь за односторонне-прозрачным зеркалом. Единицей психотерапии является участие на всех сессиях всех ленов семьи, живущих под одной крышей. Частота встреч была 1 в месяц, всего до 10 сессий. Её метод был краток и внезапен, она использовала метод парадоксальных предписаний, стремилась вызывать изменения в семье внезапным решающим движением. Парадоксальное задание (иначе «инвариантное предписание») разрабатывалось очень тщательно и вовлекало всех членов семьи в серию действий, противоречащих сложившимся в семье ригидным правилам и мифам.

 

2. Как можно  помочь семье.

 

Родители, которые принимают ребенка таким, как он есть, и внимательно следят за его реакциями, радуясь любым активным и самостоятельным действиям ребенка, как правило, добиваются больших успехов. Решающим моментом во всех известных нам случаях успешного развития слепоглухих детей являлось именно чуткое и творческое отношение родителей к ребенку, благодаря которому удавалось достойно пройти начальный уровень воспитания ребенка в семье до поступления его в школу.

 

Для сохранения брака может стать серьезным испытанием то, что время, когда мы свободны и раскрепощены, мы переживаем отдельно от нашего партнера. У нас крайне редко появляется возможность побыть просто вдвоем, необремененными заботами о ребенке. Опасность состоит в том, что партнер по браку начинает ассоциироваться с трудностями, а отсутствие проблем — с другими людьми.

 

Несколько лет назад у нас был опубликован перевод замечательной книги Каролины Филпс — мамы, воспитавшей троих детей, в том числе старшую девочку с синдромом Дауна. Эта книга называется «Мама, почему у меня синдром Дауна?». Пройдя долгий и трудный путь и добившись значительных успехов в воспитании дочери с таким тяжелым заболеванием, Каролина благодарит всех членов своей семьи за поддержку.

 

И, оглядываясь на первые годы материнства, вспоминает, как нуждалась тогда в мудром совете специалиста и опыте других семей, переживших подобное. Она пишет о гнетущем чувстве одиночества, которое отделяло ее семью от семей со здоровыми детьми. О том, как завидовала мужу, который может уйти из дома на работу и отвлечься от повседневных забот. О том, как помогло ей справиться с собой умение признаваться себе и другим в своих чувствах. О том, что, обучая свою маленькую и непохожую на других детей Лизи, она училась вместе с ней, «училась принимать и ее, и себя такими, как мы есть». В своей книге она утверждает, что испытания, предстоящие родителям в первые месяцы, связаны не с самим ребенком, а с борьбой, происходящей в их душах. Как трудно, а порой и невозможно признать, что собственный ребенок не такой, как другие, и ему будет многое недоступно! Эти и другие подобные работы, написанные матерями и отцами больных детей, могут очень помочь другим родителям.

 

Очень нужна также своевременная поддержка специалистов, верящих в возможность помочь ребенку с любыми нарушениями, знакомых с практикой социально-психологической поддержки семьи и методами воспитания детей с такими тяжелыми нарушениями, как умственная отсталость, ранний детский аутизм, детский церебральный паралич или слепоглухота. Но поддержка специалистов должна быть очень продуманной и учитывающей состояние родителей и других членов семьи больного ребенка. К сожалению, специальной службы ранней психолого-педагогической помощи таким семьям у нас в стране пока не существует или она только складывается в отдельных городах и областях, ее все чаще оказывают в психолого-медико-социальных центрах (ПМСЦ), в других подобных организациях. Наш опыт работы в таком центре показывает, что первой заботой психологов и педагогов, призванных оказывать помощь ребенку с тяжелыми и сложными нарушениями развития, является помощь его родителям. Организация ранней помощи детям со сложными нарушениями должна начинаться с психологического консультирования их родителей.

 

3. С психолого-педагогической точки зрения важно:

 

1. Описать сложный дефект как сочетание нескольких нарушений разных функций, неодинаково выраженных, определить степень нарушения каждой, выделить ведущий дефект, оказывающий наибольшее влияние на развитие ребенка;

2. Уточнить время возникновения нарушений — врожденные или приобретенные в определенном возрасте (одновременно или в разное время). Это важно, поскольку степень знакомства ребенка с предметным миром, уровень овладения словесной речью, мышлением, которые были достигнуты ребенком к моменту заболевания, имеют большое значение для его будущего развития. Например, при возникновении слепоглухоты в том возрасте, когда ребенок уже овладел речью в той или иной мере и имел нормальный сенсорный опыт, легче идет формирование речи и представлений об окружающем мире. Однако, чем позднее наступает тяжелое нарушение зрения и слуха, тем более сложные психологические проблемы возникают у ребенка в связи с перестройкой ориентировки в окружающем мире и становлением средств общения.

 

В связи с этим выделяют:

1. Врожденный и ранний сложный дефект;

2. Сложное нарушение, проявившееся или приобретенное в дошкольном возрасте;

3. Нарушение, приобретенное в подростковом возрасте, в зрелом возрасте и в старческом возрасте.

3. Почему важно знать причины сложного нарушения развития у ребенка .

 

Знание причин имеющихся у ребенка нарушений является весьма важным для большинства родителей вопросом и часто весьма болезненным. Подавляющее большинство родителей, с которыми мы встречались, консультируя их детей с тяжелыми множественными нарушениями, не отказывались от их воспитания в семье. Все они предпринимали героические усилия, чтобы вылечить и выходить своих детей. Многие из них старались самым тщательным образом разобраться в особенностях заболевания и возможных методах лечения. Они преодолевали шок тяжелого диагноза и не теряли надежды, что можно все исправить. Но многим из них мешала мысль о том, кто виноват в том, что случилось с их ребенком. Врачи посылали их на консультацию к генетикам, там расспрашивали о здоровье каждого родственника, и невольно закрадывались подозрения о вине наследственности с той или иной стороны. Если с наследственностью «все было в порядке», то мамы винили себя за болезнь.

 

4. Этапы работы  специалиста.

 

1. Cпециалист должен «войти» в семью, преодолеть собственное напряжение в связи с вторжением в чужое жизненное пространство, наблюдать и описывать поведение ребенка и его взаимодействие со взрослыми, определить основные направления работы и предложить родителям определенную программу действий. Начиная знакомство с семьей больного ребенка, нужно быть готовым наблюдать определенный симбиоз матери и ребенка. Ребенок раннего, а иногда и дошкольного возраста с врожденными множественными нарушениями развития часто 68 бывает не отделен от матери, подобно младенцу. Бо́льшую часть времени он обычно проводит на руках взрослого или в кроватке, его кормят из соски или протертой пищей. Все его желания предугадываются матерью, и он чаще всего достаточно долго не имеет никакого шанса проявить себя. Появление чужого человека в семье, берущего роль воспитателя больного ребенка на себя на некоторое время, раздвигает сложившееся единое жизненное пространство мамы и

 малыша, делает маму  наблюдателем. Эта новая роль  матери может провоцировать самые  разные реакции на действия  специалиста — от благодарности  до раздражения и агрессии. Ребенок  же получает возможность высказаться. Для этого психолог использует  «педагогику пауз», во время которых  он ждет реакции ребенка (пальчиковые  игры, катание и прыганье на  мяче и пр.). Если ребенку занятие  нравится, он старается выразить  это продолжением совместного  действия или голосовыми реакциями. Очень хорошим приемом выстраивания  общения с ребенком является  также подражание всем его  движениям и звукам. На втором, организационном этапе психолог  или педагог проводит регулярные  занятия с ребенком, пытаясь установить  связь малыша с окружающим  миром, всегда идя навстречу любым  проявлениям его желаний, поддерживая  минимальную его активность и  отвечая ему всеми доступными  способами: вербально, то есть с  помощью речи (устным словом и  пением), и невербально (звуками, прикосновением и движением).

 

Основными направлени работы с ребенком могут быть следующие:

 

1. Развитие сферы движений;
2. Развитие и укрепление чувства равновесия, позволяющего выстроить вертикаль собственного тела и фронтальное положение по отношению к миру людей и предметов;
3. Развитие тактильного чувства и становление осязания;
4. Овладение пространством собственного тела;
5. Ориентация в помещении квартиры;
6. Введение распорядка дня и недели как постоянства смены одних жизненных ситуаций другими (ритм жизни ребенка)

 

  На этом этапе специалист или группа специалистов старается фиксировать с помощью фото- или видеосъемки внимание родителей на характере взаимодействия ребенка и нового взрослого, на том, как ребенок «вслушивается» в действия взрослого, как отвечает на них самостоятельно. Он старается поставить родителей в позицию отстраненных наблюдателей за своим взаимодействием с ребенком, показать новые возможности ребенка. Длительная работа с детьми позволяет выделить наиболее значимые для каждого ребенка ситуации взаимодействия.

 

Для одного ребенка это мир тактильных ощущений, с помощью которых он может подолгу изучать новые предметы (проводя предметом по лицу, волосам, животу и спине) или узнает человека (берет его руки в свои и тянет к своей спине или голове, инициируя их поглаживание).

Для другого ребенка это мир гармонии звуков музыки или песен (слушая специально адаптированную для малышей классическую музыку, ребенок начинает раскачиваться или отталкиваться ногами от пола в такт мелодии), которые он охотно и с удовольствием слушает и выражает беспокойство при их прекращении.