Коммуникационные риски

В обоих указанных аспектах определение  и операциональное использование коммуникационных рисков обусловлено системным характером этого феномена. Наличие рисков выражает возрастающую сложность социальных и социально-технических систем, роль фактора неопределенности в их функционировании и изменении. В системном плане феномен коммуникации является репрезентацией риска как неопределенности в селективном отборе информации и ситуативного понимания генерируемых и передаваемых системных сообщений (Н.Луман). В сложных системах осуществляется трансляция неопределенности, происходит непрерывное «балансирование» в зоне риска. На практике это достигается сочетанием управления неопределенностью со стороны субъектов системной активности, наряду с сопровождением процессов естественной самоорганизации, самонастройки систем, актуализацией их собственного потенциала адаптивности к дестабилизирующим воздействиям.

Природа рисков в большей степени  осмыслена и концептуализирована для таких сфер деятельности, как экономика и управление. Риски проистекают из неопределенности в принятии решения и представляют собой избыток возможностей той или иной ситуации над ресурсами адекватного реагирования на ее изменения. В отношении неопределенности риск занимает промежуточное положение между шансом и угрозой. В коммуникации неоднородность рисков, наличие в них как негативного, так и конструктивного потенциала более выражена, так как ситуативная неопределенность, ее устранение и воспроизводство составляют суть коммуникации как социального явления.

Коммуникационные риски проявляются  в рассогласовании коммуникации, вплоть до ее разрыва и прекращения. Предметом рассогласования могут  быть все основные компоненты коммуникации. Соответственно, минимизация коммуникационных рисков и, далее, управление ими должны быть направлены на согласование дискурсов коммуникации, на обеспечение взаимной приемлемости каналов коммуникации, на согласование социально-практических позиций и ценностей участников той или иной производственной коммуникативной ситуации в деятельности  IT-вендора.

Дискурсивная и антропологическая  природа коммуникационных рисков, тем  более ярко выраженная в  интеллектуально емкой IT-сфере, превращает связанные с ними информационно-обучающие практики и институции в комплексное средство, обеспечивающее коррекцию и развитие прагматических коммуникаций.  В сложных коммуникативных практиках объективно присутствует потребность в выявлении их образовательного потенциала, в построении образовательных подсистем производственной деятельности. Формой такого рода подсистем являются образовательные сервисы, используемые именно как часть производственного процесса. В функциональном плане сервисы направлены на обслуживание интеллектуальных запросов основных производственных акторов (информационная, референтская, исследовательско-аналитическая, экспертно-консультационная деятельности). В широком социотехническом аспекте сервисная функция образования направлена на обеспечение развития деятельности (концептуальная инноватика, проектирование, подготовка кадров, формирование поддерживающих социальных сред, а также сообществ активных сторонников и потенциальных участников производственных проектов).

В создании образовательных сервисов, которые в том числе могут  использоваться для управления коммуникационными  рисками, должны учитываться общие  и специальные факторы.

Общие образовательные факторы  связаны с использованием информационно-коммуникативных  технологий. Под их влиянием происходит трансформация традиционной системы  образования, которая до сих пор  во многом остается наследием индустриальной эпохи и сама по себе становится источником коммуникационных рисков. Среди общих тенденций, определяющих кардинальное изменение образовательной  ситуации для IT-сектора выделяются: а) плюрализация образовательной деятельности, повышение значимости (г)локальных, в том числе частных образовательных инициатив и реально осуществляемых на их основе деловых проектов; б) широкое распространение открытых образовательных ресурсов (Open Educational Resources, OER); в) возможность массового использования мобильных технологий, которые изменяют конфигурацию образовательного пространства, создают новые форматы отношения между временем работы и временем обучения, меняют принципы образовательной деятельности и ее отношения с производством.

Специальные факторы создания образовательных  сервисов, направленных на повышение  устойчивости и динамизма системы  коммуникаций IT-вендоров, обусловлены дифференциацией  интересов и производственных задача участников и партнеров их коммуникационной системы. Производители и поставщики IT-продуктов и услуг, инвесторы, потребительские группы, представители СМИ, экспертных сообществ – все эти социальные группы и общности могут и должны быть обеспечены образовательными сервисами, отличающимися по предназначению, формам и направленным на координацию усилий по обеспечению социально-производственной связности соответствующего общественно-производственного сектора.

Взаимосвязь и, в тенденции, кооперация различных образовательных сервисов может быть представлена в логике изменения моделей образовательной  деятельности. В основе этой логики – последовательное развертывание  социально-коммуникативной измерений  образовательных проектов, переход  от одномерных линейных моделей к 2D интерактивным моделям и, далее, к 3D социально ориентированным подходам к построению производственных образовательных  сервисов.

Соответствующие практики в достаточной  мере уже представлены в работе  ряда IT-компаний и могут быть предметом изучения и обобщения имеющегося опыта. На этой основе общее позитивное влияние образовательных сервисов на коммуникационные риски IT-вендоров имеет перспективу выявления конкретных инструментов и технологий для использования в такой инновационной сфере, как управление коммуникационными рисками IT-индустрии.

Список использованной литературы

1. Бориснёв С. В. Социология коммуникации: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА,. — С. 6
2. Яковлев И. П. Ключи к общению. Основы теории коммуникаций. — СПб.: «Авалон», «Азбука-классика», 2006. — С. 5-9. 
3. Гавра Д. П. Основы теории коммуникации. 1-е изд. — СПб.: Питер, 2011. — С. 10-16.
4. Яковлев И. П. Ключи к общению. Основы теории коммуникаций. — СПб.: «Авалон», «Азбука-классика», 2006. — С. 8. 
5. Бориснёв С. В. Социология коммуникации: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. — С. 14
6. Андрианов М. С. Невербальная коммуникация: психология и право. — М.: Институт Общегуманитарных Исследований, 2007. — С. 10
7. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 113—114
8. Baxter, L.A. (2004). Relationships as dialogues. Personal Relationships, 11, 1-22.
9. Sillars, A.L., & Vangelisti, A.L. (2006). Communication: Basic properties and their relevance to relationship research. In A. L. Vangelisti & D. Perlman (Eds.). The Cambridge Handbook of Personal Relationships (pp. 331—351). New York: Cambridge University Press.
10. Вацлавик П., Бивин Д., Джексон Д. Прагматика человеческих коммуникаций: Изучение паттернов, патологий и парадоксов взаимодействия. / Пер. с англ. А. Суворовой. — М.: Апрель-Пресс, Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2000. — С. 5.
11. Бориснёв С. В. Социология коммуникации: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. — С. 7-8
12. Яковлев И. П. Ключи к общению. Основы теории коммуникаций. — СПб.: «Авалон», «Азбука-классика», 2006. — С. 7. 
13. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 194—196.
14. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 221—246. 
15. Бориснёв С. В. Социология коммуникации: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. — С. 8
16. Бориснёв С. В. Социология коммуникации: Учеб. пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2003. — С. 29-31
17. Гавра Д. П. Основы теории коммуникации. 1-е изд. — СПб.: Питер, 2011. — 288 с.
18. Яковлев И. П. Ключи к общению. Основы теории коммуникаций. — СПб.: «Авалон», «Азбука-классика», 2006. — С. 44-71. 
19. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 181—183.
20. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 186—189.
21. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 196—198.
22. Назарчук А. В. Теория коммуникации в современной философии. — М.: Прогресс-Традиция, 2009. — С. 201—204.