Русско-японская война

Техническая отсталость российской военной промышленности сказывалась на обеспечении армии боеприпасами, а также другими видами военного снаряжения и вооружения. Патронные заводы в России не могли обеспечить нормальную поставку боеприпасов армии, вследствие чего к началу русско-японской войны недостаток патронов составил 28 млн. Также плохо развивалась телефонная и телеграфная аппаратура, роль которой в военном деле сложно переоценить. Всё это крайне негативно отразилось на исходе русско-японской войны.

Также проблемы у русской армии имелись в комплектовании офицерским составом. «В 1902 году некомплект офицеров составил 994 человека в пехоте и 331  артиллерии. Для укомплектования войск по штату военного времени требовалось ещё 40 тыс. человек, однако в запасе их было только 13 тыс.».7

Высший офицерский корпус был далеко не молодым. Средний возраст генералов составлял 69,8 года и колебался от 55 до 92.8 И такое положение дел имело больше негативных моментов, чем положительных. Командования офицерского корпуса с учётом стремительного развития военного дела в то время были устаревшими. В период русско-японской войны военная техника постоянно совершенствовалась, усложнялась, также изменялась организация ведения боевых действий передовых стран: управление войсками в условиях боя, тактическое, стратегическое руководство. Однако излишне консервативные военачальники игнорировали эти тенденции, русская армия не была готова воевать по новым стандартам. Таким образом, боевая подготовка русской армии к началу  XX в. всё более отставала от развития других европейских держав в военном искусстве.

Предвоенное положение русской армии именно на Дальнем Востоке, театре военных действий русско-японской войны, было сложным. В силу дальности расположения от центра этот район слабо обеспечивался военным снаряжением, техникой, боеприпасами. Не желая отправлять кадровые части из Центральной России и тем самым оголять западный фланг, военное министерство отправляло на Дальний Восток запасников. Войска (98 тыс.), сформированные таким образом, не отличались качеством подготовки, а также организацией.

После победы Японии в японо-китайской войне, российское военное министерство начало предпринимать попытки увеличения армии на Дальнем Востоке. Однако к началу войны эти мероприятия оказались незавершёнными: недостающие 19 батарей прибыли только  в августе 1904 года. Из тяжёлой артиллерии на вооружении дальневосточных войсках находилась лишь устаревшая 152-мм полевая мортира 1887 года, которая имела далеко не выдающиеся характеристики, а именно незначительную скорострельность и дальность стрельбы.9

Экономическая слабость, недостаточное внимание укреплению дальневосточных рубежей государства не способствовали укреплению и росту обороноспособности Порт-Артура. Проект укрепления крепости к началу войны был не завершён.

К моменту нападения японского флота русская эскадра Тихого океана на Дальнем Востоке уступала противнику и в численности, и в стратегической и тактической подготовке. Уровень боевой подготовки русской эскадры оставлял желать лучшего: из 12 месяцев корабли находились в плавании только 4. Выход в море производился нерегулярно, а если и проводился, то в небольших масштабах. Это и стало причиной абсолютного незнания театра военных действий офицерами во время войны.

Таким образом, российский флот, как и сухопутные войска, оказался абсолютно неспособным к ведению боевых действий на Дальнем Востоке.

2.2. Армия и флот Японии накануне войны

Режим милитаризации, направленный на подготовку к войне с Россией, Япония включила сразу после вмешательства России  японско-китайские отношения, в результате которого Япония обязывалась возвратить Китаю Ляодунский полуостров с Порт-Артуром. На усиление сухопутных сил намечалось израсходовать более 80 миллионов иен, однако к 1903 году для военных целей было затрачено 120 миллионов иен. Из этих цифр видно, что Япония решительно взялась за укрепление своей армии и флота.

С 1894 по 1904 год японская армия увеличилась почти в 2,5 раза, и к 1904 году японская армия опережала русскую Дальневосточную не только по численности, но и по темпам роста. Японская армия была вооружена современным оружием: в пехоте на вооружение была принята винтовка образца 1897 года с прицелом 2000 м, она стреляла бездымным порохом и имела магазин на 5 патронов. На счету японской армии имелось 147 пулемётов – значительно больше, чем у русской армии. На вооружении крепостной и осадной артиллерии были новейшие пушки и мортиры различных калибров. Хорошо проявляли себя новые 280-мм мортиры.10

Близость театра военных действий, наличие большого количества транспортных средств и знание удобных пунктов для десантирования создавали японской армии благоприятные условия для активных наступательных действий в Корее и Маньчжурии.  К тому же Япония приступила к развёртыванию постоянной армии по штатам военного времени ещё до объявления войны. Формирование резерва, запасных войск также началось до объявления войны. Наличие большого числа морских портов пошло на руку японской армии: это обеспечило скрытность сосредоточения войск и транспортных судов, и вводило в заблуждение русское командование о времени и месте высадки японской армии.

Одновременно с подготовкой сухопутной армии началось усиленное  строительство военного флота. Была разработана программа по усилению военно-морского флота Японии сроком на 7 лет, однако после того, как Россия начала осуществлять свой проект по наращиванию военно-морских сил, в Японии первая кораблестроительная программа была признана недостаточной. В 1896 году была разработана вторая кораблестроительная программа, предусматривавшая форсированное строительство японского флота и портов, на что отпускалось 118 млн. иен. Все военные программы в Японии отличались скоростью их выполнения, что не было присуще России. Вторая кораблестроительная программа, рассчитанная на 9 лет, была выполнена за 7.11 Такая скорость и качество подготовки к войне можно объяснить активной поддержкой США и Англии, не желавших усиления России на Дальнем Востоке. Военные суда, вследствие слабости отечественной судостроительной промышленности, в основном заказывались за границей, прежде всего у сотрудничавшей Англии.

При всём при том активное большое значение придавалось подготовке командных кадров. Активно практиковалась посылка офицеров за границу, в том числе в Германию. В результате на начало войны Япония располагало развитым флотом, на развитие которого были затрачены 773 млн. иен, более 30% военного бюджета.

Таким образом, Россия и Япония, почти одновременно проводившие различные военные реформы, ставившие перед собой различные военные программы, к началу боевых действий пришли с разными результатами. Япония смогла быстрее усилить и лучше подготовить свой флот, раньше провести мобилизацию, Россия же, находившаяся в условиях назревающей революции, провела все эти реформы не самым лучшим образом. Также Японией была проведена хорошая подготовка к войне в стратегическом плане: заранее были сформированы резервы, были проведены точные исследования местности. Таким образом, можно констатировать, что инициатива в ведении боевых действий, в том числе и на море, оказалась полностью в руках японского командования.

Глава 3. Ход войны

3.1. Первые дни

Ранним утром 24 января 1900 года Соединённый флот под командованием Х. Того вышел из порта Сасебо и направился на север, флот шёл воевать. Днём 25 января Того дал приказ разделиться: часть направилась к корейскому порту Чемульпо под командованием С. Урису, а остальная часть под командованием самого Того направилась на штурм Порт-Артура.

26 января на внешнем рейде Порт-Артура находилась 1-ая Тихоокеанская эскадра, в том числе русские броненосцы «Ретвизан», «Паллада», «Цесаревич». В ночь на 27 января в результате неожиданной атаки 8 японских миноносцев эти броненосцы были повреждены, но не затоплены. Всего японцы в тот день выпустили 16 торпед, из которых в цель попали три. Успех внезапного нападения оказал тяжёлое моральное воздействие на русских моряков. В результате него русские броненосцы и крейсера расположились на внутреннем рейде Порт-Артура и активности не проявляли. Русская эскадра перешла к пассивной тактике.

Параллельно этим действиям начались действия японского флота под командованием С. Урису возле порта Чемульпо. Здесь с японским флотом столкнулись два русских судна: крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец». 26 января командир «Варяга» капитан 1-ого ранга В. Ф. Руднев, обеспокоенный перерывами связи, а также слухами о разрыве дипломатических связей я Японией, послал канонерку к Порт-Артуру. При выходе из Чемульпо «Кореец» встретился с отрядом японских военных судов и подвергся их атаке. В такой ситуации канонерка повернула обратно в Чемульпо.

Целью японских кораблей в Чемульпо была высадка войск, которую они беспрепятственно и провели. Далее последовал ультиматум крейсеру «Варяг», в котором всем российским судам рекомендовалось покинуть порт Чемульпо, в противном случае японские корабли открывали огонь. Командир «Варяга», опираясь на мнение офицеров, поступил в духе лучших традиций российского флота: он решил выйти из Чемульпо и принять неравный бой.12

Экипаж «Варяга» храбро сражался, этот бой у Чемульпо стал примером героизма русских моряков. Но шансов на прорыв было мало, и, получив множественные повреждения, «Варяг» и «Кореец» вернулись в порт, где экипажами было принято решение затопить оба корабля.

Первые дни войны были обескураживающими для русского флота: никаких успехов достигнуть не удалось, были затоплены и повреждены важнейшие броненосцы и крейсера, боевой дух моряков был растоптан.

24 февраля в Порт-Артур  прибыл новый главнокомандующий  флотом на Тихом океане, один  из лучших русских флотоводцев  вице-адмирал С. О. Макаров. Оперативный план Макарова предусматривал решительную подготовку к генеральной битве с японской эскадрой. Для этого были приняты меры по ремонту броненосцев «Ретвизан», «Паллада» и «Цесаревич». Стали производиться регулярные ночные вылазки миноносцев. Макаров выводил главные силы флота из Порт-Артура шесть раз. 13 марта в подходе к островам Мяо-Тао крейсер «Новик» и эскадренные миноносцы уничтожили японский пароход «Ханиен-Мару» и взяли  плен его экипаж. Интенсивная подготовка флота, активность и энергия командующего внушали морякам уверенность в успехе.

31 марта на внешнем  рейде Порт-Артура был замечен  отряд японских кораблей. Броненосец  «Петропавловск», на борту которого  находился адмирал Макаров, не  дожидаясь остальных, начал преследование  неприятелей. В результате броненосец  наткнулся на основные силы  противника, и было решено возвращаться  в порт. На пути в Пот-Артур  случилось непоправимое. «Петропавловск» наскочил на мину. Мощный взрыв, потрясший весь корабль, вызвал детонацию боеприпасов в кормовой части. В результате корабль затонул в течение 2 минут, унеся за собой жизни 650 человек, среди которых был и адмирал Макаров.13

Катастрофа 31 марта имела необратимые последствия для российского флота. Гибель флагмана оказала тяжёлое воздействие на весь его личный состав – от нижних чинов до старших офицеров и адмиралов.

Почти одновременно с боевыми действиями на море начались первые сухопутные сражения, однако носили они стратегический характер: обе стороны пытались помешать развёртыванию основных сил противника, предназначенных для осуществления основных планов.

Удалённость Маньчжурии от главных экономических центров страны, а также низкая пропускная способность Транссиба не позволили в короткий срок мобилизовать войска на Дальний Восток. Хотя сосредоточение войск имело медленный характер, тем не менее, к 15 марта развёртывание Маньчжурской армии было завершено.

На 13 день войны Алексеев – главнокомандующий всеми вооружёнными силами  на Дальнем Востоке – поставил задачу задержать переправу японских войск через реку Ялу и далее к линии КВЖД, с целью выиграть время для сосредоточения русского войска на Дальнем Востоке. Оборону было решено произвести силами Восточного отряда генерала М. И. Засулича.

Этому отряду ставились пассивные оборонительные задачи: нанести японской армии как можно больший урон при их переправе через реку и затем отступить прежде, чем враг успеет перебросить крупные силы на правый фланг.

Утром 17 апреля японцы приступили к наводке моста через р. Ялу. Русские батареи активно мешали процессу наводки, однако были подавлены гаубичным огнём. Утром 18 апреля началось наступление японской пехоты густыми цепями одновременно по всем позициям. После занятия японцами Туренчена представлялась опасность обхода русского войска во фланг. Восточный отряд отступил на перевалы Феншуйлинского хребта.

В бою на реке Ялу русские потеряли около 3 тыс. человек, 21 орудие и 8 пулемётов. Потери японцев составили 1036 человек. В этом сражении русская сухопутная армия потерпела первое поражение.  Этот бой обнажил первые проблемы русской армии: неспособность русских генералов ориентироваться в быстро меняющейся боевой обстановке, их неумение управлять войсками. Поражение на реке Ялу оказало гнетущее воздействие на русские войска и повлияло на ход следующих боевых действий русской армии. Оно подорвало веру солдат в своих военачальников.

 В то же время победа на реке Ялу подняла боевой и моральный дух японской армии. Овладев стратегической инициативой, противник 22 апреля начал высадку своей сухопутной армии на Квантунском полуострове. Целью этой армии была осада Порт-Артура.

Такое развитие событий побудило российское правительство к принятию решительных мер. Под угрозой падения оказался Порт-Артур. Назрел вопрос о переходе российской армии в наступление.

23 мая Алексеев отдал  приказ командующему Маньчжурской  армией выделить для наступления  необходимое войско вместе с необходимой артиллерией и кавалерией. К  Порт-Артуру было послан 1-й Сибирский корпус, включавший в себя  32 батальона и 98 орудий. Японцы, двигавшиеся навстречу, располагали целой армией, состоявшей из 48 батальонов пехоты,  6 полков артиллерии, включавших 216 орудий. Таким образом, соотношение сил явно складывалось в пользу японской армии.

Встретились войска в 5 км от Вафангоу. Оборонительная позиция русских протяжённостью 12 км давала очень большие преимущества перед противником, однако урок из поражения при р. Ялу извлечён не был, позиции опять не были достаточно укреплены. Артиллерия располагалась на открытых позициях, в результате чего быстро обнаруживалась противником. Также командиры не имели наблюдательных пунктов.

В первый день боевых действий, 1 июня, стороны не планировали добиться полного успеха. Японские атаки, поддержанные ураганным огнём артиллерии, были успешно отбиты. На второй день у обеих сторон были наступательные планы: вопрос о наступлении возник у генерала Штакельберга, командира 1-ого Сибирского корпуса, сразу после успешно отбитых мощных атак японцев, японское же командование нащупало слабые места противника, и теперь было настроено победоносно.