Куликовская битва

Содержание

 

• 1 Введение

• 2  Предыстория

• 3  Княжение Дмитрия Иоановича 

• 4 Соотношение и развёртывание сил

• 4.1 Русское войско

• 4.2 Войско Мамая

• 4.3 Современные исследования

• 5  Битва

• 5.1 Место битвы

• 5.2 Подготовка к битве

• 5.3 Этапы

• 5.4 Ход битвы

• 6  Оценки потерь

• 7  После битвы

• 8  Последствия

• 9  Память

• 10  Заключение 

• 11  Карта

• 12 Литература

 

 

 

 

 

 

 

 

1 Введение 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2 Предыстория 

В 60-е годы XIV века усиление Московского княжества в Северо-Восточной Руси и темника Мамая в Золотой Орде шло практически одновременно, причём объединению Орды под властью Мамая способствовали русские князья своими победами над Тагаем у Шишевского леса в 1365 году, над Булат-Темиром на р. Пьяна в 1367 году и походом на среднюю Волгу в 1370 году.

Когда в 1371 году Мамай дал ярлык на великое владимирское княжение Михаилу Александровичу Тверскому, Дмитрий Иванович сказал послу Ачихоже «к ярлыку не еду, князя Михаила на княжение в землю владимирскую не пущу, а тебе, послу, путь чист», что явилось переломным моментом в отношениях Москвы и Орды. В 1372 году Дмитрий добился прекращения литовской помощи Тверскому княжеству (Любутский мир), в 1375 году добился от Твери признания условия «а пойдут на нас татарове али на тобе, нам с тобою иде противу их; аще мы пойдём на татар, то тебе единою с нами поиде противу им», после чего уже весной 1376 года русское войско во главе с Д. М. Боброком-Волынским вторглось на среднюю Волгу, взяло откуп 5000 рублей с мамаевых ставленников и посадило там русских таможенников.

В 1376 году перешедший на службу к Мамаю с левобережья Волги хан Синей Орды Арапша разорил Новосильское княжество, избегая сражения с вышедшим за Окумосковским войском, в 1377 на р. Пьяна разгромил не успевшее изготовиться к битве московско-суздальское войско, разорил Нижегородское и Рязанское княжества.

В 1378 году Мамай всё-таки решился на прямое столкновение с Дмитрием, но посланное им войско под командованием мурзы Бегича потерпело сокрушительноепоражение на р. Вожа. Рязанское княжество сразу же вновь было разорено Мамаем, но в 1378−1380 годах Мамай потерял свои позиции и на нижней Волге в пользу Тохтамыша.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

3  Княжение  Дмитрия Иоановича

После смерти Ивана  II,  последовавшей  в  1359  году,  оставившего

малолетнего сына Дмитрия, ярлык на  великое  княжение  Владимирское  удалось

получить  суздальскому  князю  Дмитрию  Константиновичу,  но  в  1362   году

стараниями московского боярства  и  митрополита  Алексея  ярлык  на  великое

княжение, за хорошее вознаграждение, был приобретен  для  московского  князя

Дмитрия Ивановича.

Достигши совершеннолетия, Дмитрий  начал вести энергичную и  смелую

политику. Он продолжал расширять пределы своего княжества, включив в  состав

непосредственных своих владений Углич, Галич и  Белоозеро  и  приобретя  ряд

новых городов с их округами  (Калугу, Медынь,  Стародуб,  Дмитров).  Он  вел

энергичную и  успешную  борьбу  со  своими  русскими  соперниками,  великими

князьями тверским и рязанским, которые заключили союз с опасным  противником

Москвы великим князем Литовским Ольгердом.

У Ольгерда Гедеминовича, говорит летописец, был такой  обычай,  что

никто не знал, ни свои, ни чужие, куда он замышляет поход, на  что  собирает

большое войско; этим-то он и забрал города и земли  и  взял  в  плен  многие

страны, воевал он не  столько силою, сколько мудростью.  Ольгерд   Литовский

дважды вторгался при Дмитрии в московские владения и подступал к Москве,  но

не мог взять сильной крепости.

Так  как  с  малолетства  Дмитрий  привык  действовать  иначе,  чем

действовали его дед, дяди и отец. И малюткою с  оружием  в  руках  добыл  он

себе старшинство между русскими князьями, после до тридцатилетнего  возраста

не выпускал из  рук  оружия,  выдержал  опасную  борьбу  с  Литвою,  Тверью,

Рязанью  и  вышел  из  нее  победителем  с  полным  сознанием   своих   сил.

Неудивительно, что такой князь решился первый поднять оружие против татар.

В Золотой Орде в это  время  происходили  смуты  и  междоусобия,  и

московский князь стал думать, что пришло время избавить Русь  от  татарского

ига. В 1378 году  татары  вторично  напали  на  Нижний,  и,  отказавшись  от

откупа, сожгли его. Управившись с  Дмитрием  нижегородским,  Мамай  отправил

князя Бегича с большим войском  на  Дмитрия  московского.  Но  тот  узнал  о

приближении неприятеля, собрал силы и на берегах  реки  Вожи,  встретился  с

Бегичем. 11августа вечером татары переправились через эту реку,  но  русские

полки храбро их  встретили,  и  разбили  их.  Борьба  была  открытая,  после

Вожской битвы московский князь не  мог  надеяться,  что  Мамай  ограничиться

местью на Рязанской области. До сиих пор смуты и разделение в  Орде  внушали

смелость московскому князю не обращать большого внимания на ханские  ярлыки.

Дмитрий был свидетелем ослабления Орды в самой Орде; лучшим  доказательством

этого ослабления было то, что Мамай должен был отказаться от  прежней  дани,

какую получали ханы из России во время Чанибека, однако Вожская битва  снова

убедила русских в возможности побеждать татар. После  того  Мамай  избавился

от хана Магомеда, он провозгласил себя ханом;  теперь  он  имел  возможность

двинуть всю Орду для  наказания  московского  князя,  которого  нельзя  было

смирить одним отрядом. Вожское поражение привело в ярость  Мамая,  и  он  не

хотел успокоиться до тех пор, пока не отомстит Дмитрию.

 

 

4 Соотношение  и развёртывание сил

4.1 Русское войско

Сбор русских войск был назначен в Коломне 15 августа. Из Москвы в Коломну выступило ядро русского войска тремя частями по трём дорогам. Отдельно шёл двор самого Дмитрия, отдельно полки его двоюродного брата Владимира Андреевича Серпуховского и отдельно полки подручных белозерских, ярославских и ростовских князей.

Также прибыли войска из Суздальского и Смоленского великих княжеств. Согласно некоторым источникам (более поздняяНиконовская летопись и принявший её версию Соловьёв С. М.), в сборе участвовали также тверской полк, приведённый племянником Михаила Александровича Иваном Всеволодовичем, а также присоединившиеся непосредственно перед битвойновгородцы, но историки подвергают сомнениям достоверность этих сведений.

Уже в Коломне был сформирован первичный боевой порядок: Дмитрий возглавил большой полк; Владимир Андреевич с ярославцами — полк правой руки; в полк левой руки был назначен командующим Глеб Брянский; передовой полк составили коломенцы.

Получивший большую известность, благодаря житию Сергия Радонежского, эпизод с благословением войска Сергием в ранних источниках о Куликовской битве не упоминается. Существует также версия (В. А. Кучкин), согласно которой рассказ жития о благословении Сергием Радонежским Дмитрия Донского на борьбу с Мамаем относится не к Куликовской битве, а к битве на реке Воже (1378 г.) и связан в «Сказании о Мамаевом побоище» и других поздних текстах с Куликовской битвой уже впоследствии, как с более масштабным событием.

Непосредственным формальным поводом предстоящего столкновения стал отказ Дмитрия от требования Мамая увеличить выплачиваемую дань до размеров, в которых она выплачивалась при Джанибеке. Мамай рассчитывал на объединение усилий с великим князем литовским Ягайло и Олегом Рязанским против Москвы, при этом он рассчитывал на то, что Дмитрий не рискнёт выводить войска за Оку, а займёт оборонительную позицию на её северном берегу, как уже делал это в 1373 и 1379 годах. Соединение сил союзников на южном берегу Оки планировалось на 14 сентября.

Однако Дмитрий, осознавая опасность такого объединения, 26 августа стремительно вывел войско на устье Лопасни, осуществил переправу через Оку в рязанские пределы. Следует заметить, что Дмитрий повёл войско к Дону не по кратчайшему маршруту, а по дуге западнее центральных районов Рязанского княжества, приказал, чтобы ни один волос не упал с головы рязанца. «Задонщина» упоминает в числе погибших на Куликовом поле также 70 рязанских бояр. Решение о переходе Оки стало неожиданным не только для Мамая. В русских городах, пославших свои полки на коломенский сбор, переход Оки с оставлением стратегического резерва в Москве был расценен как движение на верную смерть:

И когда услышали в городе Москве, и в Переяславле, и в Костроме, и во Владимире, и во всех городах великого князя и всех князей русских, что пошёл князь великий за Оку, то настала в Москве и во всех его пределах печаль великая, и поднялся плач горький, и разнеслись звуки рыданий

 

На пути к Дону, в урочище Березуй, к русскому войску присоединились полки литовских князей Андрея и ДмитрияОльгердовичей. Андрей был наместником Дмитрия во Пскове, а Дмитрий — в Переяславле-Залесском, однако, по некоторым версиям, они привели и войска из своих прежних уделов, бывших в составе Великого княжества Литовского — соответственноПолоцка, Стародуба и Трубчевска. Полк правой руки, сформированный в Коломне во главе с Владимиром Андреевичем, выполнял затем в битве роль засадного полка, за исключением вставших на левый фланг ярославцев, Андрей Ольгердович в битве возглавил полк правой руки, получив под своё начало также ростовцев, о возможных перестановках в передовом и большом полках неизвестно. Историк военного искусства Разин Е. А. указывает на то, что русская рать в ту эпоху состояла из пяти полков, однако, считает полк во главе с Дмитрием Ольгердовичем не частью полка правой руки, а шестым полком, частным резервом в тылу большого полка.

Русские летописи приводят следующие данные о численности русской армии: «Летописная повесть о Куликовской битве» — 100 тыс. воинов Московского княжества и 50—100 тыс. воинов союзников, «Сказание о Мамаевом побоище», написанное также на основе исторического источника — 260 тыс. или 303 тыс., Никоновская летопись — 400 тыс. (встречаются оценки численности отдельных частей русского войска: 30 тысяч белозерцев, 7 или 30 тысяч новгородцев, 7 или 70 тысяч литовцев, 40—70 тысяч в засадном полку). Однако следует учитывать, что цифры, приводимые в средневековых источниках, обычно крайне преувеличены. Более поздние исследователи (Е. А. Разин и др.), подсчитав общее количество населения русских земель, учтя принцип комплектования войск и время переправы русской армии (количество мостов и сам период переправы по ним), останавливались на том, что под знамёнами Дмитрия собралось 50—60 тысяч воинов (это сходится с данными В. Н. Татищева о 60 тысячах), из них лишь 20—25 тысяч — войска непосредственно Московского княжества. Значительные силы пришли с территорий, контролировавшихся Великим княжеством Литовским, но в период 1374—1380 годов ставших союзниками Москвы (Брянск, Смоленск, Друцк, Дорогобуж, Новосиль, Таруса, Оболенск, предположительно Полоцк, Стародуб, Трубчевск).С. Б. Веселовский считал в ранних своих работах, что на Куликовом поле было около 200—400 тысяч человек, но с течением времени пришёл к мнению, что в битве русская армия могла насчитывать только 5—6 тыс. человек. По мнению А. Булычёва, русское войско (как и монголо-татарское) могло составлять около 6—10 тысяч человек при 6—9 тысячах лошадей (то есть в основном это было кавалерийское сражение профессиональных всадников). С его точкой зрения согласны и руководители археологических экспедиций на Куликовом поле: О. В. Двуреченский и М. И. Гоняный. По их мнению, Куликовская битва была конным сражением, в котором с обеих сторон приняло участие около 5—10 тысяч человек, причём это было кратковременное сражение: около 20—30 минут вместо летописных 3 часов. В московском войске были как княжьи дворы, так и городовые полки Великого княжества Владимирского и Московского.